Книга Возвращение домой, страница 15 – Велена Князь

Я не стала спорить, села на диван, и Пухля тут же свернулся у меня на коленях. Людомир устроился рядом, а Жан-Поль встал у двери — он сказал, что ему не нужно спать, он «посмотрит за порядком».

Мама выключила свет, в комнате стало темно и тихо. Только где-то вдалеке сигналили машины, и слышно было, как соседка сверху смотрит какой-то сериал.

— Не сейчас, — прошептала я себе под нос.

— Что? — спросил Людомир.

— Ничего, — ответила я. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — сказал он и поцеловал меня в макушку.

Пухля перебрался с колен на живот, устроился там поудобнее, сложил крылышки и заурчал. А я всё лежала с закрытыми глазами и думала о том, что он скоро всё узнает, не сегодня, так завтра. Нужно сказать самой. Сейчас — не время, слишком много событий и проблем. Но завтра или послезавтра обязательно. С этой мыслью я провалилась в сон, как в мягкое облако, и не помнила уже ничего — ни про порталы, ни про воспоминания, ни про усталость.

Меня разбудил сладкий запах блинчиков — он плыл по всей квартире, тёплый, маслянистый, с едва уловимой ванильной ноткой. Прямо как в детстве, когда я приходила из школы, скидывала рюкзак и бежала на кухню, а мама уже стояла у плиты с лопаткой в руке.

— Вставай, соня, — сказала она, приоткрыв дверь в комнату. — Блины стынут.

Я открыла глаза. Пухля спал у меня на груди — свернулся клубком, прижал крылышки к бокам и тихонечко посапывал. Но когда я пошевелилась, он приоткрыл один глаз, посмотрел на меня с укоризной и снова закрыл.

— Выспалась? — спросил Людомир.

Он сидел на табуретке у окна, сложив руки на коленях, и смотрел на меня. Взгляд у него был внимательный, изучающий.

— Выспалась, — ответила я. — Давно не спала так хорошо. Наверное, сказывается смена обстановки.

— Ты вчера была бледная.

— Ещё бы, — я попыталась отмахнуться, но вышло неубедительно. — Ты знаешь, как тяжело было закрыть тот портал? Он сопротивлялся, как живой. Я чувствовала его.

— А мне вот показалось, — Людомир подался вперёд, положил локти на колени и посмотрел на меня в упор, — что ты себя плохо чувствовала ещё до закрытия портала. К тому же, мне доводилось уже видеть, как закрывают порталы другие маги. И люди при этом не падали без сил. Они уставали, да, но не падали.

Я не нашлась, что ответить, потому что он был прав. Обычный маг закрыл бы такой портал за пару минут и даже не вспотел. Но я не была обычным магом, и дело было не только в Сердце Мироздания.

— Люд, — сказала я, помолчав. — Дай мне время, и я тебе всё расскажу.

— Сколько? — спросил он тихо.

— Немного, — ответила я. — День. Может, два.

— Хорошо, — сказал он. — Я подожду.

Пухля наконец соизволил проснуться. Он потянулся — вытянул передние лапки, потом задние, расправил крылышки во всю ширину и сладко зевнул. Слез с моей груди, перелетел на подоконник и уставился в окно, где люди привычно бежали по своим делам.

Мама на кухне уже разложила блины по тарелкам. Их было много — целая гора, румяных, масляных, с дырочками. Жан-Поль стоял у двери, как всегда, и вежливо наблюдал.

— Вы не будете? — спросила мама, кивнув на блины.

— Я скелет, мадам. — Жан-Поль развёл руками. — Процесс пищеварения мне недоступен. Как и процесс глотания, пережёвывания и прочие радости бытия.