Онлайн книга «Руны на шевронах»
|
И так везде, «восьмёрки», «удовлетворительно» не для боярина. Только «отлично» с двумя плюсами. Математика перестала быть развлечением, теперь она как все предметы — это вызов, рубеж. Только неожиданно привлекла меня история. Просто в силу выбранной профессии мировая история преподавалась как история войн и сражений. По каждой войне давались предпосылки, выбранные поводы, приводились оценки современников в начале и после. Анализировались сражения, насколько они повлияли на исход, кем и в каком виде затевались, как проходили, и что получилось в результате. Сразу бросилось в глаза, что ту же историю мы проходили на первом курсе, даже подумалось, что это лишь повторение под другим углом. Однако кроме чисто военного разворота, мы глубже изучали многие сюжеты. Я просто по привычке попытался определить угол поворота, экстраполировал его на все курсы и неожиданно получил то, что пытался в себе изжить. Чистое зверство. То есть получил я чистое военное зверство. Это на самом деле просто. Когда любой человек воспринимается как угроза или цель. Когда любая ситуация оценивается как признак войны. Когда любой пейзаж или интерьер рассматривается с точки зрения нападающего или обороняющегося, и в каком месте я сам бы хотел находиться. Да уж! Ещё мама говорила, что не доведёт меня до добра фантазия! Моя мама говорила, в той жизни. Постояла она у моего гроба, а я бы очень хотел увидеть её на свадьбе. На той, что всё-таки случилась посреди военной истории и боярства со мной и Катей. В целом миленько прошло, всем понравилось. Я с Катей под вспышками встречали гостей, сидели во главе стола, целовались под «горько» и вальсировали целый один раз в одиночестве, открывая танцы. Авдей и Мухаммед во фраках почти всегда находились рядом с нами, непринуждённо болтали с Миланьей и не сводили глаз с гостей, при этом умудряясь не попадать в кадр. Миланью было жаль, но она же в этом обществе просто прислуга, с кем ей ещё находиться. Её, что ли, совсем не приглашать? Да Миланья мне дороже большинства гостей! От имени родных богов и гордумы нас объявила супругами миловидная женщина в строгом костюме, и я надел Кате на пальчик кольцо с камешками. Как и обещал, на пять минут приехал Григорий Васильевич. Поздравил, выпил шампанского и, сославшись на дела, отбыл. Для себя легко определил Катиных одноклассников, и сам собой определился её возраст. Получалось около двадцати, и чего было так бояться! Кадеты большинство пришли со знакомыми, но ответственно кружили всех дам, даже тёть Свету, тёть Олю и всех моих кузин. Мы убыли в свадебное путешествие до своего дома. Мало ли, что близко! Если не нравится, ходите себе без путешествия. А меня особенно умилила первая брачная ночь. Чем она отличалась от не первых и небрачных, не понял. Катя не дала даже свадебное платье с себя снять — аккуратно сняла и в особом чехле на вешалку, а сама в простом халатике в душ. Главное в свадьбах, что они все когда-нибудь заканчиваются… Нет, ну как, спрашивается, я ещё должен к ней относиться! После свадьбы близость с Катей только раз в неделю! Я, может, от одной этой мысли места себе не находил! Но, как говорится, перед свадьбой не натрахаешься. Увезли в хмурый понедельник Авдей и Мухаммед меня в Корпус, где я никогда больше не увижу Катю. |