Книга СССР: вернуться в детство 3, страница 97 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Ну, так-то, нормально.

ШКОЛА

20 мая 1985, понедельник

Мы уверенно отбились от многократных походов в школу (типа, чтоб за один день одну контрольную писать — бедные детки ведь устают), з а раз торжественно написали всё, Татьяна Геннадьевна поздравила нас с переходом в четвёртый класс и спросила:

— Какой иностранный язык вы будете учить? С этого года вводится изучение иностранного я зыка с четвёртого класса.

— Английский, — сразу сказал Вова.

Реально, ему с английским проще. Хоть мы в школе оба (так случайно вышло) и учили дойч, Вовка пока в первые игрушки играл, так намострячился тексты переводить! Да и потом этот инглиш то там, то сям, понахватались. Не знаю как с грамматикой, но на четвёрку он как минимум наговорит.

— А я — испанский, — сказала я.

Вова и Татьяна Геннадьевна оба воззрились на меня с неподдельным изумлением.

— Что? Хочу некоторые вещи прочесть в оригинале. Лопе де Вегу, например.

— Ну, хор-рошо, — Татьяна Геннадьевна несколько неуверенно записала себе в тетрадке: «испанский», — идите в библиотеку, получите учебники.

ЧТОБЫ СИНАПСЫ ТАМ ВСЯКИЕ…

От двух комплектов учебников мы вежливо отказались, взяли один (за исключением импортного языка). Помимо привычного русского, математики и литературы нас осчастливили дивной книгой «Рассказы по истории СССР» с гигантской цифрой «4» на корке и двумя учебниками иностранного. Природоведение осталось прошлогоднее, по музыке, физре (так повсеместно обзывали физкультуру), труду и рисованию учебников не полагалось. И на том спасибо. Предмет «труд», между прочим, назывался трудом вполне официально, такого предмета как «технология» в нашем восемьдесят пятом и в помине не было.

Иностранный, кстати, шёл с цифрой «5» — старого издания. Смысл, действительно, резко учебники менять, если программа-то вся та же самая осталась, только на год сдвинулась? Вот для десятого класса будут свежие, но все они пойдут уже в новые комбинаты дополнительной ступени, так что обычных школ это вообще не коснулось. Очень удобно.

Мы вышли во школьный двор.

— Ну ты даёшь, любимая! Серьёзно, испанский?

— А что? Сам подумай, это у нас сознание взрослое, а мозг-то детский, его надо нагружать, всякие там синапсы отращивать, чтоб он работал бодренько. Новая инфа нужна.

— Я уж думал, ты собралась на Кубу ехать!

— Шикарная идея! — я принюхалась к воздуху, остро пахнущему молодыми клейкими листьями. — На самом деле, я хотела песни слушать без перевода. Шакиру там какую-нибудь, Луиса Фонси, кто там ещё есть… Пропустят же их рано или поздно? «Венсеремос», хотя бы. Кстати, Куба — шикарная тема!

Вовка начал хохотать.

— А ты не ржи! Учи, давай, английский как следует, чтоб не чтение со словарём, а шпарил как Бонд!

— Сигареты?

— Джеймс Бонд!

Мы направились к калитке.

— Но с мозгами ты меня уела. Реально, надо придумать какое-то занятие, чтоб новое.

— Макраме?

— Оля-а-а!

— Неужели не нравится? — я ехидно захихикала.

— Давай тебя будем фехтованию обучать? — с подначкой начал Вова.

— Ой, нет! С меня твоих уроков рукопашки хватает!

— Ну вот!

— Да ладно, не заводись, макраме мне тоже не очень… — я пошла по бордюру, размахивая полупустым портфелем. — Слу-у-ушай! А давай в музыкалку запишемся? Принципиально иной тип мышления, говорят, мозги развивает — просто ураган.