Книга Пожарский 4, страница 8 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Ну, извини, я тут в своей глуши новости не очень получаю. И что у вас за праздник? Не тебя, часом, оженить собрались?

— Ты чё, гонишь, что ли⁈ — заржал Илюха. — К царскому двору! Новый год же, отца распорядителем назначили, второй день телефон разрывается, все приглашения хотят.

Новый год?.. Я держал трубку перед собой и конкретно тупил. Какой ещё новый год, он же весной? Или они как сканды, Самхейн собрались отмечать? Так прошёл он уж давно. Да и Йоль прошёл! Число-то уж какое?..

— Алё! — приглушённо воззвала трубка Илюхиным голосом. — Алё-о! Дима!

— Да-да, — я нахмурился, возвращаясь в нить беседы, — нет, мне не приглашение. Мне бы по делу поговорить.

Илья слегка помялся:

— Сразу предупрежу, Мить, никаких армейских заказов сейчас не берём. Без объяснений.

Да какие уж тут объяснения, если вы для Московского царского двора праздники устраиваете! Тут и так всё яснее ясного. Впрочем, этого я Илье говорить не стал.

— Мне не про армейские. Больше ничего по телефону сказать не могу.

— Ла-адно, — Илюха явно заинтриговался. — Жди, согласую и перезвоню.

Через пять минут мне предложили несколько вариантов времени, из которых я выбрал ближайший: назавтра, в нейтральное время, между обедом и ужином.

РУССКИЕ МАГИ В АЛЬВИЙСКОМ ТЫЛУ

Сергей вернулся первым. Притащил сухостоину, несколько коряво разломанную на куски. Всё потому, что ледяными копьями дерево рубить не очень удобно. Часть уложил в печку. Звенислава запустила туда же весёленький небольшой файербол, печка загудела и быстро начала отдавать тепло.

— Интересно, Ваня скоро придёт? — Люда скинула покрывало. — Есть хочется, ужас.

— Не знаю, — Звенислава устало облокотилась о стол. — Через час, может.

— Слушайте, а он же сказал, совсем немного времени осталось! Ну… До возврата в обычное состояние… — Люда захлопала на подругу глазами.

— Что, думаешь, остынет и замёрзнет? — не поняла Драгомирова.

— Да нет! Ну… он же остынет, и… как бы…

— Я понял, — сказал Сергей и поднялся, прихватив сумку с одеждой, — встречу его на входе.

— Давай! — девчонки проводили его взглядами и почти весело переглянулись.

— Как думаешь, куда нам отсюда двигать? — Звенислава продолжала кутаться в покрывало.

— Не знаю, — Людмила, совсем согревшись, деловито закрутила над столом маленький очищающий вихрь. — Сложно нам будет местными прикидываться. Да и Ярена Васильевна. Как её замаскируешь?

— Мда-а-а… Если бы можно было хотя бы энергию ей передать… Интересно, зачем ей мышиный скелет?

— Не знаю. Придёт в себя — объяснит, наверное.

— Может быть, — слегка усмехнулась Звенислава. И обе закончили привычной шуткой: — Но это неточно.

— Божечки мои, надо же, я снова могу смеяться! — Люда изумлённо покачала головой. — Кто бы мог подумать!

— Да уж… Слушай, а я сколько времени уж выбралась из подвала, каждый день почти видела эту, — Звениславе не хотелось называть Моргану по имени, словно она могла бы их услышать. — А она никогда ведь не смеётся. Не улыбнётся даже.

— А Ярена смеётся?

— Понятия не имею. Я её на посвящении первый раз в жизни увидела.

— Я тоже. Но другие-то наши маги смеются иногда. Особенно молодые.

— То молодые! Старым, может, не полагается?

— Да ну! Мне брат рассказывал, как им старый профессор магических конструкций в качестве примеров всё время какие-нибудь байки да анекдоты травит. А он уж божий одуванчик совсем.