Онлайн книга «КОМ-4 (Казачий Особый Механизированный, часть 4)»
|
— Евдокия Максимовна, вы займитесь Серго. А ты, Петя, вот это убери, — государь показал пальцем на мерцающую дугу молнии. — Э-э-э… — Витгенштейн слегка растерялся. — Чему вас только в университетах учат, — покачал головой Андрей Фёдорович. — Снижаем напряжённость манопотока и задаём ему обратное движение… Ну же! — император нахмурился и подошёл к Петру, взял его за руку и совместно с ним произвёл некие манипуляции, после которых застывшая в стазисе энергия словно втянулась Витгенштейну в ладони. — Ваше императорское величество! Нам бы таких практических занятий, хоть парочку! — ошалело выдохнул Петька. — А харя не треснет? — усмехнулся император. Иван тем временем подскочил к отцу: — Папа! Срыв бывшей невесты — это ерунда… Ах, эта Тамара — и есть бывшая сговоренная за Серго девица, оказывается? Что ж у неё, интересно, самостоятельно от ревности крышу снесло, или помог кто? Ладно, будем надеяться, тётки из Дельф приведут её в чувство — найдутся и ответы на вопросы. А Иван тем временем негромко докладывал Кириллу Фёдоровичу: — Ты посмотри на патроны! Обычные боевые, закамуфлированные под магические свадебные! Налицо попытка организовать убийство жениха вместе с неопределённым кругом его друзей. — Ну-ка! — тот принял у сына патрон и вынул из нагрудного кармана отблёскивающее фиолетовыми всполохами пенсне, водрузил на нос, прищурился… — Ещё есть? — С вашего позволения, — я шагнул вперёд. — У меня есть, ваше высочество. Цельна горсть. Из той же партии. — Давай, — Кирилл Фёдорович столь же внимательно изучил патроны, перекатывая из на ладони, затянутой в белую шёлковую перчатку. — М-хм… Дорогой брат! Императору патроны тоже не понравились, после чего он велел чуть в сторону: — Займитесь этим! — и весь подозрительный боеприпас перекочевал в воздух, словно растворившись в нём. Тем временем Гуриели уже сняли свой защитный купол и кинулись к Даше, которую как раз вынули из стазиса. Дарья рыдала и причитала, только и было слышно: «Мой волчок!» — да: «Бедный волчок!» Вокруг их кружка суетилась уже целая толпа женщин, страшно тушующихся от того, что все они струсили, а трое простых девчонок не побежали. Я кинулся к их кружку: — Где Сима⁈ — Ой, Илья! — Соня прижала руки к груди. — Как эта девушка перекинулась, Серафима сразу как закричит: «Аркаша!» — и из шатра побежала, мы даже сделать ничего не успели! — Жива, жива твоя супруга! — вмешалась одна из многочисленных тётушек. — Я видела! Её с сыночком дед Хвича вместе с молодняком ущельем увёл. Там укрытие есть, в скалах… — Куда⁈ — я готов был броситься за ними немедленно. — Погоди, не беги, дорогой! — меня бросились успокаивать со всех сторон. — Послали уже за ними, скоро сами будут! — Господин хорунжий, — адъютант Кирилла Фёдоровича оттёр меня от женской толпы. — У Великого князя есть к вам несколько вопросов. Пришлось отвечать, хоть и сердце не на месте было. И сидел я, собирая голову в кучу, как на иголках, пока в приближающейся толпе не увидел Серафиму с Аркашкой на руках — чуть от радости не помер! Я обнимал своих и боялся их отпустить хотя бы на минуту, но пришлось — и с князьями-оборотнями беседовать, и с Кириллом Фёдоровичем ещё раз, и даже с самим императором. Ах, скажу я вам, какая неприглядная картинка в конечном счёте нарисовалась! С одной стороны — Тамара. Княжна из очень уважаемого и очень древнего рода, которая, несмотря на все предостережения со стороны моей матушки и общее решение совета родов, в глубине души считала себя отвергнутой невестой. Отвергнутой — а, значит, оскорблённой — правильно? В этой убеждённости её поддерживал надутый младший братец, для которого надуманные понятия оскорблённой чести оказались выше соображений родовой безопасности. Братец, фактически, накачивал расстроенную Тамарку и довёл её до того, что когда она увидела, как в шатёр входит Серго, а невеста поднимается ему навстречу — вот тут-то у неё клапан и сорвало. |