Книга Записки о сломанном мире 1, страница 33 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Джеральд направил энергию на каменную крышку гроба. Росчерки энергии оплели её и слегка приподняли.

— Выравниваем!

Мы установили плиту на место. Это было поразительно легко, словно ломтик сыра двигать по мягкому маслу.

— Отпускаю! — предупредил Джерри.

Энергии погасли, плита налилась своим естественным весом.

Последнее, что сделал я — сжёг засохший веничек, спрятанный за гробом. Превратил его в пепел. Не нужно, чтобы отец видел эти намёки.

Мы вышли, плотно прикрыв за собой дверь склепа и направились к особняку.

— Самое поразительное — это всё же новый прорыв твоего дара, — сказал Джерри. — Воистину, нет худа без добра. Думаю, завтра нам стоит навестить лабораторию доктора Флетчера. А сейчас пойдём-ка поскорее. Миссис Потс, должно быть, с ума сходит от волнения.

КАРУСЕЛЬ

Я тоже буквально сходил с ума от волнения. Но не из-за обеда. И не из-за расстройства миссис Потс, как бы эгоистично это ни звучало. В моей голове бушевала буря открывшихся мне знаний и ощущений. Я был страшно рад, что больше не являюсь магическим инвалидом. Джерри сказал, что для нейтрализации зомби, даже кратковременного, требуется импульс с силой выплеска не ниже пятнадцатого уровня. Это однозначно говорило о том, что трещина в искусственно созданной вокруг меня блокирующей скорлупе была расширена. Размышляя об этом, я проникся железобетонной уверенностью, что смогу пробить её и больше, а со временем окончательно разломать, но для этого нужны были знания. Нужны были тренировки! Я готов был немедленно бежать в библиотеку за нужными книгами, а затем — на полигон, чтобы применять полученные сведения, но Джерри опасался всё испортить и просил подождать вердикта доктора Флетчера.

Второе — это шок от осознания всей мерзости и коварства, с которой зомби-вирус обращается с людьми — да-да, с людьми, пусть от личности и остаётся лишь слабое эхо! Мерзкая зараза играет на наших лучших чувствах. И я, ничуть не меньше, чем Джеральд, проникся жгучим желанием найти того (или тех), кто выплёскивает эту гадость на целые народы. Я думал, что мне, как человеку, изучающему этот мир в некоторой мере отстранённо, возможно откроется глубинная взаимосвязь происходящих процессов. Возможно, я смогу найти тот эпицентр, о котором много написано, но так толком ничего и нее выяснено.

Только что я буду делать с этим знанием, имея в арсенале жалкие пятнадцать единиц дара? Тут я снова возвращался к началу — к необходимости развить мои магические способности, разломать сдерживающую меня скорлупу — и мысли отправлялись в новый бег по кругу.

За обедом Джеральд пытался отвлечь меня беседой, но я отвечал настолько невпопад, что он бросил это гиблое дело. Единственным, чем он смог меня хоть немного заинтересовать — это стрельбой. Я уже знал, что существуют не только простые, но и артефактные образцы оружия, и сотрудники Департамента по противодействию нечисти широко им пользуются. А в том, что я вернусь на службу в департамент, я теперь был железобетонно уверен. Значит, стрелять я должен как минимум на девять баллов из десяти, а это требует тренировки.

НОВОЕ ОБСЛЕДОВАНИЕ

Следующим утром мы поднялись и позавтракали очень рано, чтобы к восьми утра прибыть уже в лечебницу к доктору Флетчеру. Ехали без предупреждения, наобум, и попали снова на практикум.