Книга Ночная радуга, страница 22 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Но я всё же попробую. Ну вдруг повезёт?

— Да, конечно, попробовать стоит, – согласилась Вика. – Только как встретиться с темноходом, чтобы горожане нас не заметили?

На лице Лукаса появилось такое отчаянно-безрассудное выражение, что Вика догадалась: он готов рискнуть и, наплевав на опасность, в открытую заявиться в Куидам.

— Давай лучше попросим тётю Генриетту, – предложила Вика. – Или того же Брунса, – добавила она, вспомнив, что темноходов тётя, мягко говоря, недолюбливает.

К Белому маяку друзья возвращались молча; неожиданная встреча с Николасом взбудоражила их и заставила волноваться о том, как им теперь быть. Как скоро Николас разболтает, что в Куидаме чужие? Как быстро эта весть разнесётся по всему городу? Когда это дойдёт до Городового и тайных констеблей?

Погружённая в свои мысли, Вика не глядя переступила порог уютного маленького домика возле невысокой башни Белого маяка, подняла глаза – и вскрикнула от неожиданности.

У входа стоял Брунс, такой же тощий и нескладный, как и накануне, и редкие усики особенно ярко выделялись на длинном бледном лице.

— Где фрея Тилль? – взволнованно спросил он.

— А что, её до сих пор нет дома? – воскликнула Вика, и сердце сжала тревога. – Её весь день не было!

— Странно, – нахмурился Брунс. – Обычно она всегда предупреждает заранее, если ей нужно куда-то надолго отлучиться.

— Может, она просто в город пошла? На рынок, например. Или в гости к друзьям? – предположила Вика, стараясь в первую очередь успокоить саму себя: ничего с её тётей не случилось, она просто отправилась по своим делам, а записку оставить не догадалась.

— Может быть, может быть… – рассеянно согласился Брунс.

Вика смотрела на юношу и невольно думала о том, как обманчива внешность. Брунс выглядел таким нелепым, нескладным и неказистым, что казалось, и характер у него такой же. И однако же юноша не боялся отдавать частичку своего сердца и души ночной радуге.

— Значит, вы её целый день не видели? – переспросил Брунс.

— Да, – подтвердила Вика. – Но утром она точно была дома, потому что, когда мы проснулись, на столе стоял завтрак, то есть она нам его оставила.

— Ясно, – кивнул Брунс, прошёл на кухню и скрылся в чулане.

Вернулся он через несколько минут – ужасно взволнованный.

— Фрея Тилль сегодня не настраивала яркость маяка! – выпалил Брунс. Встретив непонимающий взгляд Лукаса и Вики, он пояснил: – Яркость маяка нужно настраивать каждый день, иначе цвет может ослабнуть, и тогда потускнеет вся ночная радуга. А то и вовсе потухнет.

— А что страшного случится, если радуга немного потускнеет или даже погаснет ненадолго? – Вика не понимала, почему Брунс так сильно взволнован. – Вернётся тётя Генриетта и снова зажжёт маяк.

Брунс посмотрел на неё почти с ужасом.

— Но так нельзя! Ты что, никогда не слышала историю про погасшую ночную радугу?

Перехватив предупреждающий взгляд Лукаса, словно говоривший: «Не выдай себя ненароком!» – Вика небрежно ответила:

— Слышала, конечно.

— Раз слышала, то должна понимать, как это важно!

— Я понимаю, – пробурчала Вика, сделав себе мысленную зарубку спросить потом Лукаса, что это за история с погасшей радугой.

— Но почему же фрея Тилль сегодня не настроила яркость? – нахмурился Брунс. – Всё это как-то подозрительно! В городе и без того неспокойно… А теперь ещё и фрея Генриетта куда-то подевалась!