Книга Когда родилась луна, страница 32 – Сара А. Паркер

Серим подходит ко мне, опускается на мягкий пурпурный трон со своей стороны того, что я считаю нашей импровизированной баррикадой, и складывает руки на столе.

— Я хотела убедиться, что ты получила моего пергаментного жаворонка.

— Миссия завершена? – спрашиваю я, хмурясь.

— Подтверждения пока нет. Я имею в виду сообщение, которое отправила в прошлом цикле, перед самым закатом авроры.

Новый заказ.

Прекрасно.

Мой интерес пропадает, и я снова концентрируюсь на своих ногтях, выковыривая из-под них еще больше грязи.

— Должно быть, он потерялся. Возможно, он найдется, когда я высплюсь: они частенько так делают. Такие чуткие. Тебе стоит у них поучиться.

Я чувствую, как ее раздражение нарастает, надвигается, словно грозовая туча, наполняя воздух статическим зарядом.

И ковыряю.

Ковыряю.

Ковыряю.

— Забавно, что ты единственная, кто испытывает трудности с получением моих жаворонков.

— Это один из величайших мировых феноменов.

— Сомневаюсь. – Короткая пауза, затем: – Мунплюм Рекка в городском вольере.

Сердце замирает, я вскидываю голову и напарываюсь на каменный взгляд Серим.

— На кого он охотится?

— На нас.

Мое ответное проклятие – столь же острое, сколь и клинок у меня в руке.

— Его наняла корона, чтобы положить конец нашему восстанию. Чтобы мы перестали лишать королевство новобранцев.

Что ж, тогда он должен умереть.

Я убираю сапоги со стола и прячу клинок в ножны.

— Я позабочусь о нем, – отвечаю с нетерпением в голосе. Каждый раз, когда я встречаю этого охотника за головами, металлические шпоры на его ботинках перепачканы кровью. Не нужно обладать богатым воображением, чтобы понять, кому она принадлежит. Если слухи правдивы, то охотник очаровал несчастного мунплюма, предварительно устранив его наездницу.

Как приятно будет его убить.

Я поднимаюсь со своего места.

— Нет, – резко произносит Серим, и я снова хмурюсь.

— Что значит «нет»?

— Сядь, Рейв.

Я вздыхаю, а затем делаю, что она велит, ненавидя искру удовлетворения в ее глазах.

— Почему ты не хочешь, чтобы я его убила?– спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.– Я ведь именно этим и занимаюсь. Убираю мусор, о который больше никто не хочет пачкать руки, очищаю путь от любой грязи, которая может помешать группе выполнять свою миссию. Рекк стоит у нас на пути, Серим. Он подвергает опасности других членов группы, большинство из которых я уважаю.

Она смотрит на меня равнодушным взглядом, который меня ничуть не задевает, хотя, возможно, задел бы, если бы она хоть раз попыталась заслужить мое уважение.

— Позволь. Мне. Его. Убить.

— Нет.

Опять это гребаное слово.

— Почему?

— Потому что он – хорошо замаскированная приманка.

— Тогда я идеально подхожу для этой работы.

— Нет, – отрезает Серим в третий раз. – Твои инструкции: затаиться, пока он не уедет. Это значит не убивать, если случайно обнаружишь, что кто-то делает то, что не должен делать, или услышишь чей-то крик о помощи. Никакого возмездия. Ничего, пока я не разрешу. Ты будешь покидать свой дом только для того, чтобы купить продукты или прийти ко мне, если я позову тебя.

Я хмурюсь сильнее, тяжелые мысли мечутся в голове, превращаясь в снежный шторм, бушующий в груди. Еще ни разу Рекк Жарос не покидал город, не достигнув поставленной цели, без крови на своих шпорах.