Книга Баллада о нефритовой кости. Книга 1, страница 50 – Цан Юэ

— Мерзкий тип!

В гневе Чжу Янь подняла кубок и снова зашвырнула его в приоткрытый полог. На этот раз она использовала технику «Сокрушающей пустоты», но кубок снова отскочил от барьера и, звякнув об пол, подкатился и завертелся волчком прямо перед ней. Она врезала рукой об пол, кипя от ненависти: «Проклятье! Думаешь, я рыба, чтобы ставить на меня эти магические сети? Поживем – увидим! Я еще выберусь отсюда!»

Весь оставшийся день Чжу Янь посвятила тому, что бросала золотой кубок в магический барьер. Поднимала, снова бросала и опять поднимала. Она исчерпала все известные ей методы, предаваясь этому скучному занятию, но маленький кубок так и не смог преодолеть мимоходом установленный магический барьер.

Юй Фэй и Юнь Ман потрясенно наблюдали за происходящим.

— Какое несчастье. Зачем княжна делает это?

— Наверное, сегодня она слишком многое пережила, и эти страдания свели ее с ума!

— Это правда. Только что обретенный муж оказался преступником, замышлявшим заговор, и вся его семья была истреблена. Возлюбленный, идеальный мужчина, с которым она хотела сбежать, отказался от нее, ничего не объяснив, к тому же еще и побил. Ох! Случись такое со мной, я бы не смогла дальше жить.

— Бедняжка. Почему же князь Чи еще не пришел? Я беспокоюсь, что княжна может наложить на себя руки…

Служанки, сочувственно перешептываясь, отступили за полог шатра.

— О чем вы там болтаете? Заткнитесь обе! Убирайтесь отсюда! Катитесь! – рявкнула Чжу Янь и в бешенстве запустила золотой кубок в тяжелый полог у входа.

Испуганные служанки поспешили исчезнуть. Княжна тут же застыла, о чем-то задумавшись. Странно, почему она не может выбросить за пределы барьера золотой кубок, однако Юй Фэй и Юнь Ман свободно передвигаются туда-сюда? Значит, создавая барьер, наставник предусмотрел это, позволив ее личным служанкам входить и выходить? Как тщательно он все обдумал. Боялся, что она умрет от голода? Чжу Янь с ненавистью ударила кулаком по земле. Кулак впечатался во что-то мягкое. Опустив голову, она увидела книгу, которую наставник оставил для нее.

Княжна на мгновение замерла, а затем подняла книгу и яростно перевернула несколько страниц. На обложке не было никаких надписей. Вторая страница тоже оказалась пуста, лишь в правом нижнем углу было начертано несколько мелких иероглифов: «Заметки для Чжу Янь». Следующие страницы была сплошь исписаны каллиграфическим бисерным почерком. Ши Ин использовал древний язык Кунсана. К счастью, Чжу Янь четыре года провела с наставником в храме предков на горе Цзюи, переписывая надписи с надгробных памятников и изучая древние иероглифы. Так что с трудом, но она могла понять написанное в книге. Почерк Ши Ина был твердым и элегантным, манера письма – сдержанной, а стиль – свободным и непринужденным. Листать книгу было одно удовольствие. Чжу Янь лежала на ковре в Золотом шатре, переворачивая страницу за страницей, на каждой из которых обнаруживала искусное заклинание. От самых основ до шедевров магии. О сложных вещах говорилось просто и понятно, а самые трудные места сопровождались рисунками. Очевидно, книга была написана специально для нее и учитывала ее уровень и возможности совершенствования.

— Вот этот медитирующий человечек хорошо нарисован… Волосы очень красиво собраны в пучок, – княжна лежала, опираясь щекой на ладонь, рассматривая рисунок и бормоча себе под нос. – Ой! Это Нефритовая Кость? Кажется, это я?