Книга Баллада о нефритовой кости. Книга 1, страница 39 – Цан Юэ

Вдруг она услышала резкий свист. Из лесной чащи в глубине безлюдной долины Императоров появилась огромная белая птица. Она взмахнула крыльями, и солнечные лучи заискрились на ее снежно-белом оперении, ослепили девочку. Священная птица! Это ведь мифическая священная птица Чун Мин? Храбрый ребенок, ликуя от радости, повернул в ту сторону и со всех ног помчался в глубь долины Императоров, совершенно не замечая, что на его пути стали мало-помалу появляться следы сражения. Брошенное в густых зарослях травы оружие явно свидетельствовало о недавней жестокой битве. Она бежала не меньше получаса, пока, наконец, не остановилась, тяжело дыша, в нескольких шагах от белой птицы. Не успела княжна приблизиться, как птица резко обернулась, распахнула глаза и свирепо уставилась на нее. Кто бы мог подумать, что у этого прекрасного создания с обеих сторон головы обнаружится по паре кроваво-красных, как у демона, зрачков! В клюве птица сжимала человека, вернее, половину окровавленного, изуродованного тела.

— А-а-а!

Только теперь ребенок почувствовал страх. Он отступил на шаг, споткнулся и упал на землю. Как так получилось, что священная птица ест людей?.. Это демон? Чжу Янь закричала от ужаса, развернулась и что есть силы бросилась бежать. Однако белая птица злобно посмотрела ей вслед, издала резкий свист и, расправив крылья, устремилась вдогонку. Вытянув шею, она настигла безрассудного ребенка, зажала его в клюве и взмыла в воздух. Девочка взвизгнула, почувствовав, что земля уходит из-под ног, а сама она поднимается к облакам.

— Прекрати!

Незнакомец появился в тот момент, когда она была на волосок от смерти. Он взмахнул рукой, и рукав его длинного одеяния обвился вокруг княжны. Ладонью другой руки он отстранил мощный острый клюв священной птицы Чун Мин. И огромная птица вдруг послушалась и смиренно опустила голову. Оправившись от испуга, Чжу Янь подняла глаза и посмотрела на незнакомца. Если бы не этот человек, сжимавший ее в объятиях, она, вероятно, уже была разорвана надвое мощным клювом этой птицы и проглочена ею, как легкая закуска. Это был юноша лет шестнадцати-семнадцати с приятными открытыми чертами лица, облаченный в белые длинные одежды с широкими рукавами. На поясе его висела нефритовая подвеска, а волосы были стянуты высокой заколкой-гуань. Одежда была старинного фасона, да и сам он выглядел таким бесстрастным и изысканно холодным, словно только что вышел из древней гробницы. Чжу Янь была изумлена, и невольный вопрос сам собой сорвался с языка:

— Ты… ты живой или мертвец?

Молодой человек ничего не ответил, только нахмурился, глядя на дрожащего в его объятиях ребенка.

— Кто ты? И как сюда вошел?

Его руки были теплыми, и было слышно, как сердце бьется в груди. Девочка вздохнула с облегчением и шепотом произнесла:

— Я… меня зовут Чжу Янь. Я пришла с князем-отцом, чтобы провести в храме церемонию поклонения предкам. Я увидела, что священные врата открыты, и вошла…

Юноша внимательно посмотрел на девочку, взгляд его упал на семейный герб, вышитый по краям ее одежды.

— Значит, ты из клана Чи.

— Угу! А кто ты? Почему ты здесь?

Она вздернула нос. Страх, сковавший сердце, наконец исчез, и девочка с любопытством разглядывала красивого молодого человека, так внезапно появившегося в глубине горной долины. Неожиданно глаза ее заблестели, и она протянула к нему руку.