Книга Ледяное сердце эриды, страница 20 – Цитианка

— Посмотрим, что ты скажешь после десятого фриала, — откидывая сумку за спину. — Весёлых к этому моменту обычно мало остаётся.

Ривен усмехается, чуть склоняет голову, не сводит с меня взгляда.

— А знаешь, я тут подумал… Может, мы зря столько сил тратим на охоту. Имфирион можно усилить и без этого, есть же другой способ.

Он смотрит внимательно, чуть прищурившись, словно ждёт, что я пойму намёк.

И я прекрасно понимаю к чему от клонит. О близости у нас почти не говорят, и это никогда не про чувства. Только, как способ пережить на время голод, когда охота становится опасной или временно невозможной. В этот момент имфирион вспыхивает мощнее, чем после любой охоты. А после… после каждый уходит по своей тропе. Если конечно, случайно не появляется потомство. Только из-за этого наверно мы ещё не вымерли.

Я чуть поднимаю бровь, показывая, что поняла его намёк.

— Думаешь, стоит попробовать? Ты не первый, кто решил, что охоту можно заменить близостью.

— Почему бы и нет? — отвечает равнодушно, как будто обсуждает обычную задачу. — После такого фриалы наполнятся быстрее, да и контроль держать проще.

Я не успеваю ответить. Делаю шаг вперёд и вдруг земля буквально уходит из-под ног. Петля захлёстывает лодыжку, больно режет кожу, меня подкидывает вверх. Сумка с фриалами срывается, я пытаюсь поймать её, но ремень скользит между пальцев. Она падает на землю, стекло внутри глухо звенит, наполненный фриал выкатывается на мох. Всё происходит слишком быстро, я только выдыхаю сквозь зубы ругательство и хватаюсь за нож на поясе.

— Вот только этого не хватало… — Ривен выдыхает коротко. — Теперь весь отряд узнает, кто у нас ловушки собирает, а кто в них сам лезет.

Висну вниз головой, иголки с веток сыплются мне в лицо. Злость поднимается почти сразу — отвлеклась, пропустила простую ловушку.

— Великолепно, — бурчу сквозь зубы, цепляясь пальцами за петлю. Верёвка режет сильнее, вырваться сразу не удаётся.

Слышу, как где-то в чаще трещат ветки — быстрые шаги, несколько голосов. Почти сразу между деревьями появляются люди, запах их волнения и азарта чувствуется даже отсюда. Впереди — массивный рыжий, широкие плечи, борода взлохмачена, двигается так, будто ему всё нипочём. Сбоку мелькает мальчишка, тоже рыжий, движения быстрые, в руке зажата трубка. Замыкает тройку темноволосая женщина, невысокая, двигается легко, но держится чуть в стороне. В её эмоциях нет страха — только интерес и азарт.

Рыжий сразу бросается на Ривена. Парнишка выныривает сбоку — быстрый, чуть суетливый, уже сжимает в руке тонкую трубку, подносит её к губам и делает короткий вдох. Слышится щелчок — дротик летит быстро, почти без звука. Ривен только успевает повернуться, чтобы понять, что произошло, но наконечник уже впился в кожу.

— Проклятие… — голос Ривена хрипнет, он пытается сорвать дротик, но пальцы уже не слушаются. Держится пару секунд, потом падает на колени и оседает на землю.

Женщина подходит ко мне, ступает мягко, смотрит с интересом, в глазах у неё почти весёлое любопытство.

— Вот и поймали тебя, эрида, — говорит она, и я понимаю, что для неё этот момент — как долгожданная награда.

Я срываюсь, размахиваю ножом. Сталь скользит по воздуху, но мужчина хватает меня за запястье, вырывает клинок из пальцев. Женщина сразу перехватывает меня за плечо, не даёт вырваться, сжимает сильно, будто фиксирует для осмотра.