Книга Ледяное сердце эриды, страница 162 – Цитианка

— Спасибо, — отвечает она. — Я не подведу.

На этом разговор заканчивается. Она снова склоняет голову, не как придворная, а как человек, который всю жизнь привык работать на равных с мужчинами, и сейчас, кажется, наконец видит, что её заметили.

Музыка в зале переходит в новый такт — стало громче, рояль теперь уходит в низкие ноты. Танцующие двигаются дальше, кто-то переговаривается у столов, но уже несколько человек из Совета и ближайших командиров бросают взгляды на нас, с явным интересом к новому лицу. Внутри у меня от этого даже появляется, что-то вроде облегчения: не очередной союз через постель, не попытка купить моё решение золотом. Просто честная заявка на работу.

Эрис отворачивается, идёт к отцу — шаги у неё не спешные, уверенные. Валерик встречает её спокойным взглядом, не показывает ни гордости, ни особой радости — просто ждёт, когда она вернётся, и сразу что-то говорит ей на ухо. Девушка кивает, что-то отвечает, поправляет на запястье золотой браслет.

Зал снова живёт своей жизнью. Музыка плывёт, гости смеются, тосты сменяются один за другим. Но я не слышу этих голосов — ни музыки, ни громких слов. Все внутри гудит только одним: там, где-то внизу, на сыром камне сидит Селина. Мысль о ней возвращается с такой остротой, что даже дыхание сбивается. Она где-то там, внизу, под этими стенами, за решёткой, среди плесени и писка мышей. Пока здесь тосты, мясо, музыка и новый союз, она лежит на голом полу, считает вдохи, смотрит на пустую стенку.

Это невыносимо. Праздник на поверхности и пустота там, в глубине, куда сам её и отправил. Всё внутри скребется от этой мысли: можно ли быть королём, если твоя победа построена на одиночестве того, кому ты обязан самой честной правдой? Она не просто узница — она плата за всё это. Плата за власть, за мир, за видимость порядка.

Я слушаю музыку, но в каждом такте слышу не мелодию, а глухой стук по камню. Я поднимаю бокал, говорю нужные слова, но все звучит как через воду. Даже сейчас, когда у меня есть всё, ради чего я жил, нет самого главного. Она внизу. И я внизу вместе с ней.

Дверь скрипит.

— Его величество. Встать.

Величество. Конечно. Теперь он не принц. Король.

Я поднимаюсь медленно — не потому что трудно, а потому что не хочу давать им ни одного лишнего жеста. Тени ложатся на пол, и в проёме появляется он. Каин. Уже не просто принц, в его движениях что-то изменилось: больше сдержанности, меньше усталости. На чёрном плаще серебро, за плечом всполохи лампового света. Он задерживается на пороге, оглядывает меня с ног до головы, взгляд — спокойный.

— Поздравляю, Ваше Чёрное Величество, — произношу ровно, чуть растягивая слова, будто пробую их на вкус. — Ты добился всего, чего хотел. Корона, трон, даже моя смерть теперь будет частью твоего нового порядка.

Он задерживается у решетки, не спеша приближаться, только скидывает плащ на сгиб руки. Всё королевское, все новое.

— Не всё, чего хотел, — отвечает спокойно, не отпуская взгляд.

— Ты мне подослал того мужчину с лекарством, — произношу, не отводя взгляда. — Для чего? Чтобы не опоздать из-за своих королевских обязанностей и успеть посмотреть, как умирает эрида? Теперь всё должно быть по расписанию, я правильно понимаю? Твои советники не задаются вопросом почему тело твоей эриды до сих пор не предано её сородичам?