Онлайн книга «"Л" значит Лили. Часть I»
|
— Получается, он что-то вроде фанатика? — поморщилась Лили. — Опять мимо. Фанатики пылкие, а этот высохший и заплесневевший в своей принципиальности. Знаешь, ветхий такой старикан, аж песок сыплется, но упертый и несгибаемый. Час от часу не легче. Лили помотала головой, отгоняя безумное видение: ветхий и заплесневевший Поттер-старший, в круглых очках и замотанный в бинты, будто мумии из маминых любимых ужастиков, тянется к шеям напуганных конкурентов, толкая им проповедь о правах магглов… — Ты меня совсем запутала, — пожаловалась она. — Теперь мне представляется какая-то эксцентричная мумия, которая именем святой добродетели, аминь, рекламирует толерантность и свое средство для укладки волос. — Примерно так оно и есть, — хихикнула Эмма. — Только я не очень поняла, а кто такие мумии? Вздохнув, Лили принялась рассказывать своей бедной чистокровной подруге, какой огромный пласт маггловской культуры прошел мимо нее и кто такие Имхотеп, Харис и их более современные варианты. Для пущей наглядности чернильницу пришлось трансфигурировать в маленький саркофаг, а перо — в киношную мумию; крошечный обитатель древней гробницы ходил по кровати, дергал за кисти балдахин, воздевал руки и завывал, возвращая улыбку на осунувшееся лицо Эммы. На животрепещущем вопросе, видели ли создатели фильма настоящих инферналов, в дверях появились Роуз и Дейзи и тут же подключились к обсуждению. На небе загорались первые звезды, в комнате зажигались первые свечи. Девчонки принесли из Хогсмида пакетик с лакричными палочками и перечными чертиками и пустили его по кругу. Снизу доносились взрывы хохота — в общей гостиной тоже кипело веселье, и Лили, убаюканная этой почти домашней атмосферой, на какое-то время смогла забыть и о Поттере с Блэком, и о Северусе с Абигайль Блишвик. Ненадолго, увы. Стоило пожелать всем спокойной ночи и закрыть глаза — и тревожные мысли снова заворочались в голове, как будто караулили ее под одеялом. Ей снился лающий смех Сириуса Блэка — он хохотал, запрокинув голову, а потом вдруг воскликнул: "Импедимента!" — и Лили увидела, что в руках у него не палочка, а "Философские основы зельеварения". Но заклинание все равно сработало, из книги вырвался красный луч и угодил в мать Северуса, которая соткалась из воздуха прямо посреди гриффиндорской гостиной — она взлетела в воздух и перевернулась вверх ногами, точно Повешенный на карте Таро, и говорила не умолкая, почему-то голосом Северуса, и умоляла достать ей какое-то зелье, иначе она умрет. Лили хотела сказать, что не знает, где его взять, но Блэк продолжал выкрикивать заклятья и размахивать книжкой, а потом миссис Снейп заявила: "Блэки других и за людей не считают!" — и скрестила руки на груди… …и оказалось, что за окном уже светает. * * * На завтрак она шла как в атаку — не замечая на своем пути никого и ничего, с твердым намерением припереть Блэка к стенке и вытрясти из него правду. Или из него, или из Поттера, кто первый подвернется под руку. Вот только за гриффиндорским столом не оказалось ни того, ни другого. На их месте сидел Питер Петтигрю (она наконец-то вспомнила, как зовут того неприятного мальчика из их компании) и разливался соловьем, живописуя новые подвиги Мародеров. Не далее как вчера вечером они вчетвером сразились с шестью приспешниками Сами-Знаете-Кого, которые совали свой длинный нос куда не следует; в пылу сражения пострадали потолок и главная лестница, но эльфы к утру все заделали; мерзкие Упивающиеся получили по заслугам, а Джеймса и Сириуса как главных героев вызвал к себе директор — несомненно, чтобы вручить орден Мерлина, потому как меньшего они просто не заслуживают. |