Книга Кормилица-попаданка. Наследник королевского дракона, страница 34 – Диана Фурсова

Мивель поднял голову.

— Без разрешения?

Тивира ответила раньше:

— У наследника не бывает вещей без разрешения.

Яссена встретила её взгляд.

— Значит, появятся. Небольшой список. Искра. Две мягкие ленты. Три деревянные фигурки. Чашка для воды. Книга с картинками, если такая есть. Полотенце. И корзина для поленьев — маленьких, которые он сможет подать Эмме или мне, не подходя к огню один.

Мивель слушал, раскрыв рот.

— Я могу подавать поленья?

— Если захочешь.

— Мне говорили, нельзя.

— Поэтому мы начнём с маленького. Подать — не значит разжигать. Это значит помогать дому быть тёплым.

Эмма вдруг расправила плечи.

— Есть столик. Я принесу.

— Няра Эмма, — резко сказала Тивира.

Женщина замерла.

Яссена посмотрела на неё. Не стала подталкивать, не стала произносить вдохновляющих слов. Слуги не меняют сторону за один красивый приказ, и требовать от Эммы смелости сразу было бы нечестно. Но Эмма уже видела тень. Видела совет. Видела, как Мивель держался. И, возможно, устала бояться не меньше ребёнка.

Няра сглотнула.

— Старшая хранительница, низкий столик действительно числится за детской комнатой. Его можно вернуть без нарушения описи.

Тивира медленно повернулась к ней.

— Вы стали знатоком описи?

— Нет, госпожа. Просто я сама его записывала.

Это была первая маленькая трещина в стене башни.

Яссена не улыбнулась. Нельзя было выдавать Эмму. Она только кивнула, будто речь шла о самом обычном деле.

— Прекрасно. Велт, поможете няре?

Юноша сделал шаг и остановился, ожидая окрика Тивиры.

Тот не последовал.

Пока.

Когда Эмма и Велт вышли, в комнате остались Мивель, Яссена, Тивира и широкоплечий страж у двери. Его имя Яссена ещё не знала, но он весь день молчал, держался ровно и смотрел на странности внимательнее, чем хотел показать.

— А вас как зовут? — спросила она.

Страж вздрогнул, будто кормилицы обычно не интересовались именами людей у дверей.

— Гарн, госпожа.

— Гарн, у двери сильно тянет?

Он нахмурился.

— В детской башне не тянет. Двери подогнаны по мерке.

— Тогда почему Его Высочество всегда смотрит на порог перед тем, как сесть?

Гарн перевёл взгляд на Мивеля. Мальчик быстро отвёл глаза.

Страж помолчал.

— Нижняя щель холодит, — сказал он наконец. — Когда ветер с северной стороны.

— Нужен валик из ткани.

Тивира усмехнулась.

— Теперь вы будете перестраивать королевскую башню в деревенскую горницу?

— Нет. В комнату, где ребёнок не ждёт тень от каждой щели.

Гарн неожиданно сказал:

— В караульной есть старый дверной валик. Чистый. Его не используют.

Тивира резко повернулась:

— Страж Гарн, вас никто не спрашивал.

— Меня спросили, госпожа.

Сказал он это без дерзости. Почти деревянно. Но Яссена услышала в его голосе то же, что в голосе Эммы: усталость от правил, которые прикрывают чужое безразличие.

Мивель тоже услышал.

Он посмотрел на Гарна с любопытством, будто впервые понял, что страж у двери умеет не только стоять.

— Принесите, — сказала Яссена.

Гарн не двинулся.

— Старшая хранительница?

Тивира молчала так долго, что пламя в очаге стало тише.

— Принесите, — произнесла она наконец. — А потом вернётесь на пост. Без дальнейших советов.

Гарн поклонился и вышел.

Как только дверь закрылась, Тивира подошла к Яссене ближе. Не слишком близко — ровно настолько, чтобы Мивель слышал не каждое слово, если будет смотреть в огонь.