Книга Кормилица-попаданка. Наследник королевского дракона, страница 26 – Диана Фурсова

Рейвард накрыл свёртки ладонью.

— У вас будет семь дней.

— Вы уже сказали.

— Теперь я говорю условия.

Яссена выпрямилась.

— Слушаю, Ваше Величество.

— Первое. Вы остаётесь при наследнике, но не покидаете дворец без моего разрешения. Второе. Всё, что найдёте в детской башне или рядом с ним, передаёте лично мне. Не Тивире, не совету, не регенту. Мне. Третье. Если вы солжёте о том, что касается безопасности Мивеля, я сам выведу вас за ворота, и никакой очаг не станет мне доводом.

Она кивнула.

— Понимаю.

— Не думаю.

— Но постараюсь.

— Четвёртое. Вы не будете использовать привязанность моего сына как щит.

Яссена резко подняла глаза.

Вот это задело.

Не потому, что он был неправ. А потому, что сказал то, чего она сама боялась. Мивель тянулся к ней, и эта привязанность уже стала её единственным правом оставаться здесь. Тонкая, детская, тёплая ниточка между ними могла превратиться в повод для чужих решений, если она не будет осторожна.

— Я не хочу делать из него щит, — сказала она медленно. — Но если на него будут нападать, я всё равно встану рядом.

— Рядом — не значит впереди.

— А позади — не значит бросить.

Они смотрели друг на друга слишком долго для разговора короля и кормилицы.

В проёме двери Каорель негромко кашлянул.

— Ваше Величество, совет уже услышал о задержке. Чем дольше мы стоим перед дверью, тем больше слухов родится к вечеру.

Рейвард не сразу ответил регенту. Он всё ещё смотрел на Яссену.

— Пятое, — сказал он. — Сегодня в зале вы говорите только тогда, когда я спрошу.

Яссена подумала о Каореле, о Тивире, о советниках, которые наверняка попытаются сделать из Мивеля удобное доказательство собственной правоты. Молчать будет трудно.

Очень трудно.

— Если речь пойдёт о Мивеле?

— Особенно тогда.

— Ваше Величество…

— Вы хотели, чтобы я увидел сына. Я увижу. Но если каждый ваш ответ будет звучать раньше моего, совет решит, что наследник находится не под защитой короля, а под влиянием кормилицы. Вы хотите дать Каорелю этот нож?

Слово было неприятным, но не запрещённым к делу. И точным.

Яссена стиснула пальцы.

— Нет.

— Тогда учитесь выбирать момент.

Она опустила голову.

— Хорошо.

Рейвард взял оба свёртка.

— И последнее. Если в зале вы испугаетесь, не показывайте Мивелю. Он смотрит на вас чаще, чем на меня.

Это было сказано без обиды. Но Яссена услышала под фразой то, что король не произнёс: “И мне это не нравится”. Не потому, что он ревновал как мужчина. Нет. Потому что отец, привыкший быть фигурой на гербе, вдруг обнаружил, что его сын ищет опору в чужой женщине.

— Он будет смотреть и на вас, — сказала она. — Когда поймёт, что можно.

Рейвард чуть заметно отвернулся.

— Вы снова говорите так, будто знаете.

— Нет. Так, будто надеюсь.

— Надежда — слабое основание для решения.

— Зато лучше, чем страх.

В этот раз он не стал спорить.

Они вышли обратно к дверям Круглого гнезда. Мивель сразу потянулся к Яссене взглядом, но руку протянул не ей. Сначала — отцу.

Это получилось неловко.

Мальчик сам словно испугался своего движения и уже хотел опустить ладонь, но Рейвард успел. Он не схватил, не притянул, не сделал красивого жеста на публику. Просто раскрыл свою большую ладонь рядом с маленькой, позволяя Мивелю самому решить, коснуться или нет.

Мивель коснулся.