Книга Предатель. Я тебе отомщу, страница 31 – Виктория Ким

Она эффектная. Не кукольная красотка, но есть в ней что-то… жизненное. Настоящее. Тот тип женщины, которая умеет смотреть прямо в глаза и не боится тишины.

А сейчас она боится. Я это вижу.

Артём тоже видит. Он наконец шевелится, будто кто-то разорвал невидимую сеть, сковывающую его движения. Но он не встаёт, не делает резких движений. Боится, что выдаст себя.

Мальчик на её руках — маленький, хрупкий. Светловолосый, с пухлыми щёчками, в джинсах и аккуратной рубашке, будто его наряд подбирали специально для похода в ресторан. Он держит в руках воздушный шарик — голубой, с забавными рисунками.

И я замечаю то, от чего внутри всё холодеет. Глаза. Они у него точь-в-точь как у Артёма.

Этот факт бьёт по мне сильнее, чем что-либо. Я не могу отвести взгляд. Это не ошибка, не домыслы. Это правда.

Ребёнок не понимает, что происходит. Он смотрит вокруг, сжимая шарик, потом переводит взгляд на Артёма и улыбается.

— Папа!

Тишина становится невыносимой.

Я слышу, как Анна Викторовна резко втягивает воздух. Вижу, как Вячеслав Павлович медленно, очень медленно выпрямляется в кресле. Артём и вовсе как будто не дышит.

А я… в очередной раз улыбаюсь.

— Ой, извините, а вы что-то хотели?

Ирина моргает, явно не зная, что сказать.

Я наслаждаюсь этим мгновением. Она не понимает, кто я. Не знает, что я — жена.

Но Артём-то все понимает.

И я жду. Хочу услышать, что он скажет. Как он выпутается? Как все это объяснит?

Но Артём молчит. Его губы сжаты в тонкую линию, пальцы белеют от напряжения, но он не делает ничего.

И это уже не просто интересный спектакль. Это становится глупым, до абсурда нелепым.

Я поднимаюсь из-за стола, протягиваю руку вперёд, ощущая странное, даже болезненное удовольствие от происходящего.

— Анастасия, жена Артёма. Очень приятно.

Теперь и Ирина понимает.

Она медленно, почти судорожно переводит взгляд с меня на Артёма, потом снова на меня.

В её глазах нет привычного для женщин высокомерия, нет ни злости, ни триумфа. Только растерянность.

— Ты… жена? — её голос дрожит.

— А ты кто? — мой тон остаётся дружелюбным, но в глазах пустота. — Вас Тёма тоже сюда пригласил?

Артём, не выдержав, резко поднимается на ноги.

— Настя, хватит.

Я медленно поворачиваюсь к нему, поднимаю бровь.

— Что хватит? — голос остаётся лёгким, даже ленивым. — Я же не устраиваю скандал, милый. Просто пытаюсь быть вежливой, знакомясь с твоими…

— Заткнись, Насть, — его голос срывается в глухой рык, и на миг мне даже кажется, что он ударит меня. — Хватит устраивать цирк.

Машинально закрываю рот. Долбанные инстинкты!

Но не успеваю разозлиться на себя, потому что вдруг совершенно внезапно вмешивается его отец.

— Да что же это не вовремя? — его голос звучит насмешливо, почти весело. — Вы присаживайтесь. Устраивайтесь. Артём, ну ты даёшь. Скрывать от нас с твоей мамой внука? Я-то думал, зачем ты матери цветы принёс, никогда же не дарил. А тут на тебе. Ещё и пакеты эти.

Он кивает на подарочные пакеты, что стоят под столом.

Я замечаю, как Анна Викторовна краснеет. Не уязвлённо. Разгневанно. Она ведь обожает все контролировать до мелочей, чему и научила сына. А теперь ее взгляд в кои-то веки не направлен на меня. Только на Артёма.

Он же сжимает зубы так сильно, что я слышу хруст.

— Нет, мы всё-таки, наверное, пойдём, — растерянно бормочет Ирина, явно понимая, что здесь она не вписывается.