Книга Развод. Две жены, одна правда, страница 27 – Елена Валерьева

— Лера, — Полина вздохнула, — ты мне ничего не должна объяснять.

И мне стало стыдно. Потому что именно объясняться я теперь собиралась всю оставшуюся жизнь — перед всеми, включая себя.

Мы ушли на кухню. Макс тактично остался в комнате. Полина налила себе воды и наконец посмотрела на меня как следует.

— Ты очень плохо выглядишь.

— Спасибо.

— Это не упрек. Это повод спросить, ела ли ты сегодня хоть что-нибудь.

— Да. Макс кормит меня омлетом.

Уголок ее губ дрогнул.

— Неожиданный сюжетный поворот.

— И не говори.

Некоторое время мы молчали. Потом Полина спросила тихо:

— Ты уже знаешь все?

Я подняла на нее глаза.

— А ты знаешь что?

Вот здесь она напряглась. Не сильно. Но я уловила.

— Я знаю про Алину давно.

Я кивнула. Сердце не екнуло. Даже не дрогнуло. Видимо, лимит потрясений на эту неделю был исчерпан.

— Насколько давно?

— Месяца три.

Воздух в кухне будто стал плотнее.

— И молчала.

Полина опустила взгляд.

— Да.

— Почему?

Она долго крутила в руках стакан. Потом сказала:

— Потому что сначала я думала, что это слухи. Потом увидела их вместе. Потом хотела поговорить с Матвеем. Потом струсила.

Я смотрела на нее молча.

— Ты можешь меня сейчас ненавидеть, — сказала она. — И будешь права.

— Ненавидеть мне сегодня вообще лениво.

— Лера…

— Нет, правда. У меня просто сил нет.

Это прозвучало, наверное, холоднее, чем я планировала. Но смягчать я ничего не хотела. Потому что да, она мне не изменяла. Да, не обязана была спасать мой брак. Но три месяца знать и молчать — это тоже выбор.

— Я понимаю, — тихо сказала Полина. — И все равно пришла.

— Зачем?

Она подняла голову.

— Потому что хоть сейчас хочу быть на твоей стороне.

Я усмехнулась.

— Поздновато.

— Да.

И опять эта чертова честность, которой я не ожидала. День какой-то невероятный: все вдруг начали говорить правду, когда она уже никого не может спасти.

— Он сейчас сходит с ума, — сказала Полина после паузы.

Я напряглась.

— Матвей?

— Да. Он не знает, где ты. Перевернул полгорода. На работе не появляется, орет на всех. С Галиной Андреевной почти не разговаривает. Алину, по слухам, тоже послал.

— Бедняжка.

— Я не жалею его.

— Тогда зачем рассказываешь?

Она вздохнула.

— Чтобы ты понимала: он не отступится быстро.

Это я и так знала. Матвей вообще был не из тех, кто умеет отпускать. Особенно то, что считает своим.

— Он любит только себя, — сказала я тихо.

— Возможно, — ответила Полина. — Но тебя он тоже любит. По-своему.

Меня передернуло.

— Пожалуйста, не надо. Не сегодня.

— Прости.

Я провела пальцами по вискам.

— Алина правда беременна?

Полина кивнула.

— Да.

— Он знал до того, как она сказала мне?

— Не знаю.

— Врет, наверное, всем.

— Скорее всего.

Мы замолчали. Мне казалось, если я еще хоть немного посижу в этом разговоре, у меня начнется физическая аллергия на прошлую жизнь. И тут на кухню зашел Макс.

— Извините, — сказал он спокойно. — Лер, тебе нужен новый телефон. Этот лучше вообще не включать.

Он протянул мне небольшую коробку. Я моргнула.

— Что это?

— Телефон.

— Я вижу.

— Тогда вопрос снят.

Полина невольно улыбнулась. А я вдруг почувствовала, как глаза начинает жечь. Господи, да что ж я такая сентиментальная развалина.

— Макс, не надо было.

— Надо.

— Я потом верну деньги.

Он посмотрел на меня так, что захотелось провалиться сквозь пол.