Книга Из столицы в село: я (не) та, кто тебе нужен, страница 72 – Даша Сенклер

— Я посмотрел фотографии твоей фермы. Мило. Очень пасторально, — он усмехнулся, и этот звук полоснул меня по нервам. — Ты всегда любила играть в спасительницу. Но игры затянулись, дорогая. Ты ведь не думала, что я позволю тебе просто… раствориться в навозе?

— Что тебе нужно? У меня здесь жизнь. Семья. Оставь нас в покое… Пожалуйста.

— Семья? — Он сделал ударение на этом слове, словно пробовал на вкус дешевую подделку. — Арина, ты забываешься. Ты — моя инвестиция. И я не привык списывать такие активы в убыток. Твой муж — забавный фермер, но он не понимает, в какую лигу ввязался если думает, что сможет защитить тебя даже от меня. Я про вас всё знаю. Абсолютно все! О твоем «отце», о твоем спившемся бывшем участковом. Ты окружена мусором, Арина.

Я молчала, сжимая телефон так, что побелели костяшки. Нет. Нет. Нет! Нет!! Этого просто не может быть! После всех горестей и бед только его на мою голову не хватало.

— Слушай меня внимательно, — его голос стал жестким, как стальной трос. — Собирай чемоданы. На себя. Впрочем, если уж тебе так нестерпимо хочется, можешь взять сына с собой. Я скоро за тобой приеду. И лучше бы тебе быть готовой. Потому что если мне придется заходить в этот твой «дом» силой, от него не останется даже фундамента. Ты ведь не хочешь, чтобы твой мальчик пострадал из-за упрямства своего… юридического отца?

— Ты не посмеешь, — выдохнула я, но голос мой прозвучал жалко. Я прекрасно понимала, что он еще как «посмеет». Виктор в своей жизни творил такие вещи, от которых у меня кровь стыла в жилах. Но я старалась закрывать на все глаза, даже мыслями не касаясь всех его темных дел.

— Ты сама знаешь, на что я способен. Два дня, Арина. У тебя есть два дня, чтобы попрощаться со своим селом. Я пришлю машину.

— Я… Я никуда не поеду.

— Еще как поедешь. Ты что и впрямь считаешь, что твой муженек действительно знает о тебе ВСЮ правду?

В трубке раздались короткие гудки. Я медленно опустила руку. Всё. Это конец…

В окне я видела огни фермы, где Артём сейчас сражался за наше молоко, за наш труд, за нашу маленькую жизнь. Он боролся с мелкими вредителями — Игорем и Геннадием. Но он не знал, что из леса уже вышел настоящий хищник, против которого у нас не было ни оружия, ни защиты.

Я посмотрела на лестницу, ведущую в детскую. Виктор знал о Серёже. Это был не просто звонок. Это был смертный приговор нашему счастью.

Артём вернулся под утро. От него пахло холодным ночным ветром, дизельным топливом и тем самым резким металлическим запахом напряжения, который всегда исходит от мужчин после битвы. Эту битву он выиграл. Вот только он даже не предполагал, что главная война впереди. И исход ее практически предрешен.

— Мы успели, — устало выдохнул он, стягивая куртку прямо в прихожей. — Степан — герой, нашел обходной путь для питания. Молоко спасли. А систему восстановим за пару дней.

Он подошел ко мне, обнял, притиснул к своей пропахшей фермой груди. Он был горд собой. Он победил мелких бесов, которые пытались поджечь его амбар. Он верил, что его сила и новые замки на воротах — это достаточная защита для нашего мира.

Я стояла в его объятиях, уткнувшись носом в жесткую ткань рубашки, и чувствовала себя последней дрянью. Мой телефон, спрятанный в кармане сарафана, казался раскаленным углем, прожигающим кожу.