Книга Ягодный возраст, страница 65 – Виктория Вита

В конце концов, ничего такого страшного не произошло. Надо просто это всё пережить. Сама виновата, надо головой думать и реально оценивать свои возможности, а не кидаться во все тяжкие, как только на горизонте замаячит мираж «чудесного рыцаря». К сожалению, я уже далеко не юная и прекрасная принцесса. А почему, собственно, к сожалению? Ведь, если честно признаться, мне совсем этого не жаль. Меня вполне устраивает статус матери, который у меня есть. А то, что у меня нет любящего мужчины, ну и что же? Не может же во всём везти. А может, это не такое уж и невезение, если принять как аксиому, что всё, что ни случается, то к лучшему? Тогда почему мне так плохо? Почему так болит душа? «Какая боль! Какая боль! Аргентина – Ямайка, 5:0» – вдруг всплыли в памяти строки весьма неприхотливой песенки. Да, 5:0, и всё в мои ворота.

А если постараться быть решительнее в принятии и реализации своих решений? Главное, никаких сомнений. Я знаю, что смогу. У меня бывали и более тяжёлые дни, и пусть этот «герой-любовник» будет самой большой потерей в моей жизни. Главное, у меня есть сын, а остальное приложится.

Последнее, о чём я подумала, – что надо будет Георгию при случае порекомендовать искать дам для использования их в качестве «сексуального тренажёра» в своей среде, им обоим это доставит только удовольствие. Но от этой мысли не стало легче.

Я знала, что уже наступило утро. Опять новый день. Мучительно не хотелось открывать глаза. Шея затекла и болела. Оказывается, спать без подушек достаточно неудобно. Перевернувшись с живота на бок, я приоткрыла глаза и зажмурилась. Ничего не изменилось, чуда не произошло, и я проснулась всё в тех же роскошных апартаментах. «Хочу домой!» – произнёс незнакомый мне хриплый голос. «Я очень хочу домой!» – голос звучал громче и решительней. «Да, я очень и очень хочу домой!» – последний раз произнесла я и так резко встала с кровати, что едва удержалась на ногах. Состояние было, как будто я только что вернулась с похорон очень близкого мне человека. Внутри была ледяная, зияющая чернотой, пустота. Голова и всё тело, будто налитые свинцом, с трудом, но всё же мне повиновались.

Контрастный душ, конечно, эффективное лечение при многих дискомфортных состояниях, но, наверное, у меня был более тяжёлый случай, так как легче не становилось. Зеркало тоже не радовало. Припухшие веки и нос, знакомые чёрные синяки под глазами, за одну ночь вернувшиеся на своё место, и покрытые запёкшейся коркой искусанные до крови губы. «Да, хороша как никогда!» – процедила я сквозь зубы и отвернулась от собственного отражения. Но, нравится оно мне или нет, в таком виде показываться нельзя. Не поймут. Подойдя к трюмо, где со вчерашнего дня громоздилось невероятное количество баночек, скляночек и флакончиков, а также куча другой косметики, которая при определённых навыках может из любой дурнушки сделать первую красавицу, я затосковала. В конце концов, методом проб и ошибок, моё лицо приобрело относительно узнаваемые черты. Лишь глаза оставались болезненно тусклыми. Водрузив на нос солнцезащитные очки, я осталась относительно довольна собой. Надев старые джинсы и свитер (мне, видно, уже не суждено было избавиться от озноба, да и на улице лил непрекращающийся и далеко не летний дождь), я, наконец, осмелилась выйти из спальни.