Книга Письмо Далай-ламы, страница 38 – Екатерина Чудинова

— Вы окружены со всех сторон, сопротивление бесполезно! Выходите и положите оружие на землю!

Бандиты впали в панику. Один из них бросил тревожный взгляд на своего главаря, другой уже начал пятиться назад, а третий сорвался с места и, забыв про осторожность, бросился в лес. Паника передалась остальным, распространяясь, словно искра в сухой траве. Бандиты разом обратились в бегство.

Матвей не терял времени. Он снова выстрелил в воздух и, меняя позиции, громко выкрикивал команды, словно обращаясь к воображаемому отряду:

— Всем за ними! Не дать уйти ни одному!

С этими словами он быстро переместился к ближайшему дереву, давая новый сигнал. Возница с гонцом не подвели, то и дело подскакивали с разных сторон, крича и ругаясь. Эхо голосов и выстрелов усиливало иллюзию погони. Каждый новый звук казался бандитам подтверждением того, что жандармы идут по их следу. Они ускоряли бег, не глядя назад. Страх овладел ими, и никто не решился остановиться.

Карелин продолжал перемещаться по периметру, поддерживая видимость погони. Лишь когда последний бандит исчез, оставив караван и его людей в безопасности, он позволил себе облегченно выдохнуть.

Сенеко и Бушмаков, загородившие собой людей, напряженно вглядывались в темноту, вслушиваясь в звуки выстрелов и громкие команды, разносящиеся в ночи. Ожидание было невыносимым: каждый новый крик или выстрел заставлял их быть настороже, готовыми прийти на помощь спасительному отряду. Наконец, из леса на поляну выбежал человек.

Один.

Карелин.

Сенеко ошеломленно уставился на него.

— Матвей Сергеевич? – проговорил он, откровенно недоумевая. – Ты… один?

Бушмаков нахмурился, оглядывая темную кромку леса, словно все еще надеялся увидеть большой отряд, а потом перевел изумленный взгляд на Карелина.

— Так где жандармы? Где подкрепление? – с трудом выговорил он, бросая взгляд то на лес, то на Карелина, не в силах поверить, что погоня состоялась без поддержки.

— Никого нет. Я блефовал. Мы здесь втроем.

Бушмаков удивленно уставился на него:

— Как это – блефовали? Вы же сказали, что они окружены!

Матвей пожал плечами:

— Если бы я не сказал это, они бы не сбежали. А так у нас была возможность спасти вас и уйти живыми. Подкрепления не будет – но теперь нам надо быстро двигаться дальше, пока они не догадались, что их провели.

Матвей обернулся к Сенеко, с трудом сдерживая раздражение.

— Объясните, почему она здесь? – Его голос был резким.

Сенеко бросил взгляд на Аглаю и покачал головой.

— А как ты прикажешь ей что-то запретить, а, Матвей Сергеевич? Она решила, что должна следовать за гонщиками. Уговорила Бушмакова взять ее с караваном.

— Как же вы не помешали, Александр Александрович? Вы ведь ротмистр Иркутского жандармского управления. – Карелин повернулся к Аглае, в его глазах читалось возмущение. – А вы, значит, снова решили, что ваши прихоти важнее здравого смысла?

Аглая вскинула голову, не сводя с него решительного взгляда.

— Прихоть? Я не собиралась сидеть в Кяхте, когда совсем рядом единственное настоящее событие – ралли Пекин – Париж! – Ее голос звучал с вызовом. – Я хочу узнать больше об этом соревновании. Может, даже напишу статью в газету!

Карелин удивился:

— Газета? Ради статьи? Вы готовы ставить на кон не только свою безопасность, но и жизни всех вокруг ради пары строк?