Книга Письмо Далай-ламы, страница 115 – Екатерина Чудинова

Еще один человек случайно стал свидетелем того, что не должен был увидеть. Инженер, ворочавшийся в постели и не находивший покоя, вдруг вспомнил, что оставил свою трубку в рабочем составе на станции. Собственная забывчивость показалась ему досадной, и он решил прогуляться за трубкой. Но едва он вышел из комнаты, как его взгляд зацепился за темную фигуру, выскользнувшую из дома. Это был человек, которого, как он был уверен, давно должны были накрыть сон и усталость.

У главного входа на военную базу, в полумраке, мелькнула женская фигура. Шелест платья и едва уловимый аромат духов растворялись в прохладной ночной тишине. Девушка шагала уверенно. Не замедляя шага, она подошла к стоящему сбоку гаражу, на миг задержалась у двери, прислушиваясь, а затем толкнула ее и исчезла за тяжелой створкой, которая закрылась с приглушенным скрипом.

Однако самой опасной тенью этой ночи стал некто в сером кителе, спрятавшийся на складе с первыми сумерками, опустившимися на южный берег Байкала. Его движения были бесшумными. Он схоронился так надежно, что даже опытные дозорные, заглянувшие в помещение, не обратили бы на него внимания. Он был невидимкой, тенью среди коробок и бочек, ждущей момента для своего следующего хода.

Склад, где стоял автомобиль князя и хранились бочки с бензином, был темным и угрюмым, как гробница. Лунный свет, пробивавшийся сквозь узкие окна, едва освещал высокие стеллажи и груды ящиков. Запах масла и металла наполнял воздух.

Ни звука. Ни движения. Пространство было пронизано тишиной, которую не нарушало даже присутствие автомобиля. Он стоял как молчаливый страж, укрытый тьмой.

Но вот дверь скрипнула. Этот звук прокатился по складу, заставляя каждый угол наполниться напряжением. Внутрь бесшумно скользнула темная фигура. Человек двигался с грацией охотника, тщательно избегая случайных звуков. Он пересек склад, остановился возле автомобиля и зажег небольшой фонарь. Луч света скользнул по пространству.

Рука осторожно потянулась к дверце машины. Короткий металлический щелчок, и вот он уже в салоне. В тишине едва слышно зашуршала бумага, когда он вытащил связку писем, спрятанную между сидений.

Человек выпрямился, держа свою добычу. Он уже собрался уйти, но в этот момент склад вдруг ожил. Яркий свет хлынул с потолка, ослепляя и обнажая все, что еще мгновение назад было скрыто в тени.

— А ну-ка, стой! – раздался холодный и уверенный голос.

У рубильника стоял Карелин. Его рука все еще лежала на ручке выключателя. Свет заливал ящики, автомобиль, рассыпанные письма и фигуру Солье, застывшего в центре этого хаоса с пачкой писем в руках. Из автомобиля раздался тихий писк. Солье моментально среагировал, шагнул к машине и, вытащив оттуда Аглаю, рывком притянул к себе, прикрываясь ею, как щитом.

Партия проиграна, мрачно отметил Карелин, наблюдая, как Солье одной рукой удерживает Аглаю, а другой поднимает пистолет, приставляя к ее виску.

— Не двигайтесь, Карелин, еще шаг – и она мертва.

Матвей остановился, опустив руку с револьвером, но не до конца.

— Солье, или, вернее сказать, Олбридж? Что вы делаете? Это безумие. Отпустите барышню.

Солье, глядя на него, подтолкнул Аглаю вперед.

— Раскопал-таки, – процедил он. – А она что делает здесь? Это тоже ваш план?