Книга Империя праха, страница 55 – Филип К. Квантрелл

— Ему нужно время, а уж этого у драконов предостаточно. – Адриэль улыбнулся, подбадривая. – Здесь он найдет все необходимое.

— А мир? Миру тоже кое-что необходимо, – прямо сказал Гидеон. – Нам как никогда нужны драконы и драгорны. Только драгорн сможет стать посредником и заключить мир между нашими народами.

— Должен признать, ты дипломатичнее Галанора. – Адриэль вдруг резко свернул влево.

— Может, просить тебя сражаться с темнорожденными – это слишком, но ты же можешь предотвратить войну между людьми и эльфами! Только сообща они смогут выстоять.

Адриэль молча указал ему путь на полянку, посреди которой стоял гладкий камень, небольшой, всего по пояс Гидеону. Но не это приковывало внимание, а торчащий из него эльфийский скимитар искусной работы. Лучи солнца, падающие сквозь листву, зажигали клинок, бликами плясали на рукояти – величественное зрелище.

Меч притягивал Гидеона. До этого он, маг, никогда не брал в руки оружия, но этот скимитар…

Гидеон поймал себя на том, что всерьез тянется к рукояти, и с трудом остановился, вопросительно взглянув на Адриэля. Тот наблюдал с любопытством.

— Не понимаю… – Гидеон отвел руку, боясь дотронуться до изысканного меча.

— Прежде чем твой народ покинул Дикие чащобы, до того как Темная война разорила земли Иллиана, драгорны были силой, хранящей мир, и с ними всем приходилось считаться. Эландрил, первый из моего ордена, был величайшим воином. Да, величайшим из всех эльфов. Пал он в одной из древнейших эльфийских войн.

Гидеон тут же позабыл обо всем. Еще бы, урок истории от эльфа! Он знал только, что Эландрил – это город в северной Айде, но не имел понятия ни о том, откуда взялось название, ни о древних войнах до Темной войны.

— Как он умер?

— Сражаясь с орком, – печально ответил Адриэль.

— С орком? Никогда о них не слышал.

— И не услышишь впредь. Эландрил объединил эльфов и дварфов. Вместе они выдворили этих тварей на юг от Врат Сайлы в Бессмертные горы. Их становилось все меньше, и постепенно они окончательно вымерли. Скорбящий, его скимитар, передавался в ордене из поколения в поколение как напоминание о том, что несет война. Драгорны оставили тропу сражений и встали на путь мира и мудрости. – Адриэль обернулся к прекрасному мечу. – Мы носили скимитары скорее как символ, а не как оружие. Но свой я потерял в конце Войны драконов.

Гидеон вдруг понял, что если свой меч Адриэль потерял, то это, выходит… меч Эландрила!

— Когда мы покидали Мертвые острова, я успел забрать Скорбящего и вонзил его в камень. По моей просьбе Галандавакс запечатал его особым магическим дыханием. Лишь в тот день, когда мир станет истинно нуждаться в драгорнах, этот клинок освободится. – Адриэль ухватил алую рукоять, украшенную россыпью мельчайших кристаллов и золотыми рунами, и с силой потянул. В том, что сила эта немаленькая, Гидеон даже не сомневался. Однако, несмотря на все попытки, меч не вышел из камня ни на дюйм, даже не пошевелился.

— Ты сам все видишь, Гидеон. Наше время прошло.

Гидеон очень по-человечески жаждал дотронуться до древнего клинка, будто прикосновение подтвердило бы существование этого меча. Он снова потянулся было к рукояти, но замер, услышав треск веток за спиной. Иларго во всей своей изумрудной красе вышел на полянку. Неужели следил за ними, бесшумно, как положено хищнику?