Книга Империя праха, страница 191 – Филип К. Квантрелл

— Коней нам! – рявкнул Алидир убийце. Кристаллов у него не осталось, а просить у Валаниса помощи он не осмелился. – А что будете делать вы, господин? – спросил он, надеясь, что Валанис вернется в Калибан и отдохнет.

— Я буду исполнять свою клятву. – Валанис обернулся в сторону Карата. – Очищу Верду.

Он вскинул руки, и городские стены осели грудой камней, как до этого – Бессмертные горы.

Война началась.

* * *

Натаниэль почувствовал на затылке жар заходящего солнца и поплотнее обернул шарф вокруг головы. Небо над пустыней окрасилось в рыжий, с каждой минутой становилось все холоднее. Рейна, накрыв лицо белой тканью, задремала, откинувшись ему на грудь, и Натаниэль не уставал благодарить богов, что вернули ее живой и здоровой. Это была самая долгая ночь в его жизни, он сотни раз мог умереть от чужого клинка, но страшнее всего было не знать, что с Рейной.

Он старался не двигаться, чтобы не будить ее и не тревожить свои раны. Тренировки Западного Феллиона, конечно, помогли ему остаться в живых, но неуязвимым не сделали. Эта битва навсегда оставила на его теле шрамы.

Может, из-за этого, может, из-за того, что едва избежал смерти, он вновь задумался о своих чувствах к Рейне. Любовь их крепла, в этом не было сомнений, но ничего серьезного из нее вырасти не могло. Он понимал, что не стоит о таком размышлять, когда полностью выжат, но Рейна изменила его жизнь. Такой храбрости, готовности отстаивать то, что дорого, он никогда раньше не встречал.

Натаниэль вздохнул. Перед глазами бесконечно сменяли друг друга картины боя, сердце до краев полнилось скорбью о тех, кого забрала война. Впереди ждало еще больше сражений, нечего было и думать о любви. Но измученный разум постоянно прокручивал мысль о том, что жизнь слишком коротка, чтобы беспокоиться о будущем, и любовь к Рейне – единственное, что важнее всего. Когда все это кончится, когда останется позади Полночь, он скажет ей о своей любви. Лучше умереть от старости у нее на руках, чем одиноким, полным горечи и сожалений.

«Нет, – подумал он. – Нужно сказать ей сейчас. Будет еще время отдохнуть!»

Но сказать он ничего не успел, потому что Эшер свалился с лошади.

Фэйлен первой бросилась к нему, Рейна проснулась и тоже спрыгнула на землю в мгновение ока. Натаниэль же замешкался: из-за раненой ноги слезать было неприятно.

— Что с ним? – спросил он, сердясь на себя, что сразу не заметил, каково рейнджеру.

— В порядке я… – прохрипел Эшер.

Фэйлен осмотрела его, потом свою ладонь, перепачканную кровью. Под плащом у Эшера обнаружился прорубленный доспех и торчащая из дыры окровавленная тряпица. Во время боя эта «перевязка» еще хоть как-то держалась, но больше кровь останавливать не могла. Рейна погладила его лошадь и обнаружила, что по коричневой шкуре стекает свежая кровь.

— Он все это время истекал кровью.

— Вы можете его вылечить? – Натаниэль видел, как эльфийская магия творит чудеса. Она и его самого не так давно спасла.

Фэйлен и Рейна переглянулись. Выражение их лиц ничего хорошего не говорило.

— Я могу излечить его раны, но не все. Как ни крути, ему нужен отдых, – ответила Фэйлен.

— Если мы останемся, они нас догонят, – сказала Рейна.

— Кто нас догонит? – спросил Натаниэль.

— Аракеши. – Эшер снял с головы шарф и, игнорируя попытки Фэйлен его удержать, встал, цепляясь за седло.