Книга Добыча лорда Эндрю Грегори, страница 189 – Полина Ром

За кольцом каменных домов шли жилища попроще, где из камня был только первый этаж, а второй собирали из чего бог пошлет. Тут я видела и фахверковые дома, и деревянные, и даже, кажется, со вторым этажом из самана.

Окраина же города представляла собой безумную смесь разнообразных домишек и хижин под соломенными и тростниковыми крышами, в которых жили мелкие торговцы, мастера всего на свете, работники окружавших город садов и огородов, а также прочий мелкий рабочий люд.

Как я поняла, во всём городе была только одна приличная мощёная дорога, ведущая в город с юга и упирающаяся в ворота Тагуэра. Все остальные улицы даже сейчас, в начале зимы, представляли из себя месиво грязи, конского навоза и растаявшего снега. Нам повезло, что въехали мы как раз с южного направления, и я с любопытством рассматривала город, как слоёный пирог на срезе.

Вдоль реки и по самой окраине Лаунтана тянулась редкая цепь крошечных сторожевых башенок. Строили их по одному образцу: каменная труба шириной всего пару-тройку метров с лестницей внутри и смотровой площадкой сверху. А уже вокруг этой башенки лепились небольшие домики, где жили капрал и солдаты, заступающие на службу.

— В случае нападения с любой стороны солдат подожжёт смолу в котле и начнёт бить тревогу. Для этого на каждой башенке, Сандра, установлена специальная медная труба, в которую служивый закричит и оповестит об опасности.

Дорога до столицы была длинной, скучной, и я так вымоталась, трясясь в карете, что при подъезде к Лаунтану упросила Эндрю взять меня к себе на коня — просто чтобы полюбоваться городом.

Встревожившее нас письмо было отправлено лорду Грегори папским нунцием — архиепископом Гелонским. Ни я, ни муж даже представить себе не могли, что понадобилось его высокопреосвященству от простого барона. Поэтому мысли у нас обоих были самые разные, но в большинстве своём не слишком весёлые. Самым неприятным было то, что барона просили прибыть вместе с женой, то есть со мной.

* * *

Резиденция архиепископа находилась не в самом большом доме, где жил король и его окружение. Папскому нунцию были выделены апартаменты в левом крыле Гранд-хауса. По слухам, этот замок когда-то построил один из предков короля для своего отца, которого сам же и сверг. Слуги во дворе, казалось, были предупреждены, и, как только Эндрю назвал своё имя, охрана на входе вызвала из дома пресвитера Вольто. Святой отец был невысок ростом, сухощав, совершенно по-юношески подвижен и достаточно любезен.

— Барон, для вас и вашей жены мы приготовили место в правом крыле. Лорд Ольдебург, проживающий там, любезно согласился предоставить вам комнаты на своей половине.

— Отец Вольто, вы не подскажете, зачем я мог понадобиться архиепископу? Мы расстались с ним всего шесть седмиц назад, и до отъезда я ответил на все вопросы, которые у него были, — Эндрю любезно улыбался маленькому священнику, но я видела, как мой муж напряжён.

Улыбка пресвитера была ласковой, почти блаженной, а взгляд настолько незамутнённым, что даже меня его ответ сильно смутил.

— Разве не надлежит доброму пастырю бдить за детьми божьими, невзирая на чины их и звания? Вот и его преосвященство блюдёт долг свой, сколь может, не щадя сил. А беседа с архиепископом, сын мой, укрепит душу вашу и не даст прорастить в ней семена зла и ереси.