Книга Рассказы о любви, страница 76 – Оксана Евгеньева

Помощь – это когда тебя понимают. И принимают. И действуют исходя из твоих интересов. Вот, как стремянка. Как это глупо не звучало, но она решила все мои вопросы одним махом. Я и отдохнула и худеть начала, и муж, наконец, понял меня.

Я улыбнулась и взяла телефон в руки.

«Давай попробуем,» – написала я супругу.

«Я люблю тебя,» – ответил он.

«И я тебя. Кстати, чай с молоком после того, как твой ребёнок сладко спит – это очень вкусно»

«Теперь я это знаю наверняка, любимая!» – ответил муж, а я улыбнулась.

Просто не будет. Это я знала точно. Но также я понимала, что теперь все будет по-другому. Или никак.

Люся выглядела несчастной. Ещё бы, пять лет – немалый срок, чтобы определиться по поводу совместного будущего. Пока у подруг подрастали и шли в школу дети, она ждала заветного колечка и таких тёплых и важных для нее слов: Люся, я все понял, выходи за меня.

Но время шло, ее сожитель Иван продолжал катиться по накатанной дорожке: «штамп ничего не решает, зачем нам эти глупости, давай лучше картошки нажарим».

И Люся жарила. И пыталась смириться со своей участью – может и правда штамп ничего не решает… Но почему же так его хочется поставить? Да и дети. К вопросу о детях они ещё даже не подошли, потому что все важные темы надо решать по порядку: замужество, притирка, дети. А у них только сплошная притирка длиною в пять лет.

Было видно, как подруга устала.

— Так уходи от него, – советовали мы ей.

— Ага, уходи. А пять лет куда? Да и люблю я его, ничего поделать с собой не могу.

Мы только разводили руками. Каждый человек делает свой выбор. Люся, видимо, свой сделала.

— А давай его проверим на прочность? – Как-то сказала Машка.

— Это как? – удивилась Люся.

— Ну проверим его чувства к тебе. Пять лет— не шутка. Но стоит ли терять ещё время – если ты просто перевалочный пункт.

Люся загрустила, а я поняла, что ситуация попахивает лепешками. Но не теми, что в печи, а теми, на которые наступать неприятно.

Какие у тебя гениальные идеи, Маша… – сказала я.

Ну а что? Я только одна вижу, что он подруге нашей мозги пудрит? Если человек любит, то он и штамп поставит и ребенка за пять лет сочинит. Это же издевательство. Люське было двадцать, когда она этого принца встретила. А сейчас под трицатку. Ещё пару годиков с ним посидит, а он свинтит к какой-нибудь молодухе. А Люся останется с разбитым сердцем у разбитого корыта. И неясно, что хуже – сердце или корыто.

Люся слушала нас внимательно, и я видела, как зажигается огонек ярости в ее глазах:

— А давай и правда проверим.

Я лишь покачала головой, хотя и сама задумалась – может быть и стоит рвануть этот пластырь, да посильнее? Чем каждый год наблюдать, как глаза подруги выгорают от неоправданных надежд и непонятных ожиданий.

И мы рванули.

План был разработан на скорую руку. Было решено, что на Новогоднем торжестве Маша начнёт окучивать Ивана. А Люся станет наблюдать за развитием событий.

Если вы ещё сомневаетесь в том, что план был дурацкий – оставьте свои сомнения. Он таким и был. Но знаете, 5 лет – это достаточный срок для женщины, чтобы немного свихнуться.

Итак, мы собрались в гостях у Люси. Машка притащила какого-то коллегу с работы, чтобы ее сафари на Ивана имело хоть какое-то благовидное прикрытие.