Книга Большая охота Крика, страница 72 – Саша Хеллмейстер

— Доброй ночи, мистер Николс,– вдруг произнесли из темноты, и он вздрогнул, едва не выронив стакан.

Вглядываясь в полумрак элегантно обставленной комнаты, часть которой была освещена ночным небом, показавшимся между бархатных штор в решетчатом окне, Честер лихорадочно искал взглядом того, кто незаметно проник к нему в кабинет, и почти сразу угадал очертания рослого силуэта между массивными книжными шкафами и громоздким письменным столом. Человек шевельнулся и дал себя увидеть.

Он хотел, чтобы Честер заметил его.

«Большой Билл меня предупреждал»,– подумал тот, наблюдая, как незнакомец медленно вышел в лунный свет, тем не менее держась подальше от окна. А он осторожен, весьма.

— Доброй,– осипшим голосом произнес Честер и прочистил горло.– Могу я спросить, что вы здесь…

Человек наконец-то показался ему полностью, и по спине у Николса пробежала дрожь. С долгую минуту он молчал, не зная что сказать, и разглядывал высокого, крепкого сложения мужчину в черной накидке с капюшоном поверх плотной водолазки, в штанах-карго, перетянутых на бедрах поножами с оружием, и в капюшоне, плотно прилегавшем к голове. От него исходила яркая, сильная угроза – от спокойной позы, положения в комнате, напружиненных ног; от взгляда, которым он изучал Честера Николса так же внимательно, как тот изучал его, от всего него веяло силой и властью. Да, он был сейчас действительно властен над хозяином этого дома – и практически всего Скарборо.

Страшнее всего была его маска.

Она, некогда белая, теперь уже покрытая сеточкой трещин от времени и частого использования, была разрисована черной краской и чем-то еще – в темноте Честер сразу не различил, но, всмотревшись, понял, что это была кровь. Честер подумал о том, что в его кармане лежала тревожная кнопка, которой он мог бы воспользоваться для вызова охраны внизу… вот только как незаметно это провернуть?

Мужчина в маске едва склонил голову к плечу, искоса поглядывая на Николса, и произнес:

— Все бесполезно. Ваши люди мертвы. Сигнализация выключена. Я перерубил линию телефонной связи и заглушил сигнал. Мы с вами здесь совершенно одни, и никто не помешает нам поговорить по душам.

Честер почувствовал, как на загривке встали дыбом волосы. В голосе он не сумел унять дрожи, но попытался выглядеть хотя бы достойно и не показывать, как сильно напуган:

— Что ж… раз так… кхм… не желаете хотя бы угоститься виски?

Страшный человек сделал к нему медленный шаг и убрал в сторону свою накидку, положив ладонь на кожаный ремень поверх бедра.

Это были элегантные, почти завораживающие движения смертельно опасного хищника. В свете луны, едва посеребрившем его тело, прорезался блик на плоском лезвии маленького топорика, прикрепленного к поножам, и Николс впервые остолбенел.

Он ожидал чего угодно. Удавки, пистолета с глушителем – скорее всего, именно так, предполагая, что если когда-нибудь к нему наведается убийца, то воспользуется этим. Но топор… что же он, будет убивать его топором, как какой-то дикарь? Его кости раздробят, его будут рубить заживо? Нет, нет, нет, нет. Слишком безобразно. Слишком бесчеловечно.

— Благодарю,– любезно ответил незнакомец.– Я не пью алкоголь. Но вы-то можете. Пейте, раз налили.

Точно это был приказ, Честер поднес к губам стакан и сделал большой глоток. На висках и лбу проступила испарина. Он, всегда опрятный, всегда лощеный, теперь страшно потел, не в силах унять своего ужаса.