Книга Большая охота Крика, страница 58 – Саша Хеллмейстер

— Да,– глухо ответил он и сжал рукоять ножа.

Она медленно села в постели, подвинувшись на локтях выше, на подушку, и, поглядев в пустоту, долго, долго молчала. Возможно, ждала, что убийца сделает дальше. Возможно, оцепенела от ужаса.

Лунный свет выкупал ее волосы в серебре, и теперь они казались седыми, а лицо – осунувшимся. Вакхтерон заметил, руки ее дрожали на покрывале. А потом увидел на тонких губах расползшуюся улыбку.

— Это хорошо,– прошептала она.– Это очень хорошо.

Он склонил голову к плечу и прищурился под маской, наблюдая за ней. И она, откинув одеяло, лишь показала ему свое тело, мраморное от синяков. Больше ему не нужно было никаких слов.

Он подошел к окну, открыл раму и хотел уже выскользнуть наружу.

— Мой сон был очень крепким сегодня,– неожиданно сказала женщина в постели с мертвецом.

Он обернулся напоследок и увидел на ее щеке дорожку от набежавшей слезы. Что-то стиснуло его сердце, что-то сжало его, и он вспомнил мальчика в соседней комнате и подумал, что кроется под его одеялом. Вернувшись к постели, он присел на корточки, так что они – ее бледное лицо и его залитое кровью ложное лицо – оказались на одном уровне и заглянули друг другу в глаза. Он поднял руку, осторожно вытер большим пальцем ее слезу и провел ею след по собственной щеке.

Он знал: она все поняла.

— Пожалуйста,– тихо ответил он.

Подумав, он вышел из комнаты, вылез через окно прачечной на втором этаже, плотно закрыл его и стукнул в раму ножом, чтобы щеколда упала в паз. А затем, спрыгнув в высокие кусты растущей под окнами сирени, он выбрался задними дворами подальше от той улицы и, спрятав маску в рюкзак, вернулся к себе в трейлер никем не замеченным.

Там, хорошенько искупавшись, он уснул почти сразу, и впервые за долгое время ему не снилось совершенно ничего.

Этой ночью полицейский Джастин Треверс тридцати восьми лет был убит у себя дома, в собственной постели. Жена нашла его заколотым двумя ударами: первый пришелся возле сердца, второй – прямо в него. Кровь уже свернулась на его майке, но ночью, наверное, она натекла на простынь, и Сабина Треверс сразу позвонила копам, когда увидела мужа мертвым.

* * *

— Тот, кто это сделал, явно прикончил Палмера и всех тех людей полгода назад,– так сказал Бен Мейхью и покачал головой.– Это он, все тот же урод. Никуда не делся, только затаился – и все. А мы посадили на иглу в камере смертников не того.

— Все могут ошибиться,– коротко сказал Хуп, высокий детина с короткой стрижкой и кротким взглядом.

У себя в кабинете он постукивал кончиком карандаша по столу, даже не глядя на Карла Хупа, который принес эту дурную весть. В полицейском участке уже все и так знали о кошмарном убийстве еще одного копа. Хупу удалось кое-как намекнуть остальным, чтобы они не распускали языки и держали все при себе – как-никак, городу не нужна была паника.

Хуп казался сущим быком и форменным идиотом, однако была в нем почти звериная хитрость и такая же смекалка, которая позволяла вкупе с неплохой интуицией стать одним из лучших копов в Скарборо. Вот только даже на такого как он нашелся еще больший ловкач.

— Мне нужен список всех врагов прежнего шерифа,– подумав, заявил Мейхью.– Поименно.

— Тогда можете смело вычеркивать половину города, босс,– усмехнулся Хуп. Мейхью помрачнел.