Книга Большая охота Крика, страница 236 – Саша Хеллмейстер

— Сейчас.

Где же оно?

— Подожди. Куда оно делось? Не могла же я его выронить.

— Что ты ищешь?

Что бы я ни искала, ответ пришел сразу. Хэлен вытащила фотографию у меня из кармана, когда мы обнялись. Она сделала это так незаметно, что никто из нас ничего не заподозрил. И что хуже всего – теперь она знает, что я знаю ее маленькую тайну.

— Мы все в опасности, Вик,– бледнея, прошелестела я.– В смертельной, полагаю.

Я наклонилась к коробке со старыми документами и откинула крышку. Начала быстро перебирать бумаги в поисках нужных. Наконец наткнулась на три свидетельства о рождении.

Взглядом пробежалась по ним.

— Это свидетельство о рождении Брук. Тысяча девятьсот девяносто четвертый год.

Я сунула его Вику в руки. Он присел подле меня на корточки и растерянно заскользил глазами по строчкам.

— Это мое.

Чикаго. Две тысячи третий год рождения.

— А вот и…

Я выронила листок, и Вик поднял его. Следом за свидетельством о рождении Хэлен Клайд шло свидетельство о смерти в возрасте двух месяцев. Горло мне сдавило. Я хотела сказать что-то, выразить свой испуг, свой ужас, свое горе – но только жалобно булькнула. Вик отложил бумагу в сторону, впился взглядом в мое колено, но мыслями был так далеко отсюда, что не сразу услышал меня, когда я совладала с собой.

— Я нашла под фотографией с Адсилой и Селеной, той, что висела на лестнице, еще один снимок. Там были твои родители, Вик. Твои родители. И Хэлен.

В его глазах отразились испуг и недоверие. Короткая секунда – и мы услышали внизу грохот.

— Не спеши,– спокойно сказал Вик и встал.– Нельзя опрометью бежать вниз, если это взаправду она.

— Но Адам об этом не знает!

— Если ты права, остается надеяться на то, что он справится сам. Или мы ему уже не поможем.

Я зажмурилась. Все это время я думала, это конец. Конец, конец! Ведь мы здесь, в нашем мире, в Скарборо! Думала, мы избавились от этой твари! Заперли ее!

Кто-то внизу зарыдал. Плач был надрывным и жалобным, полным неизбывного горя, и я похолодела, взяв Вика за плечо. Он без промедления протянул руку к комоду, и я заметила, что из верхнего ящика он вынул спрятанный под стопкой футболок нож.

Безобидное место. Смертельно опасный друг, испивший много крови.

Плач звенел по дому и гулко отдавался от стен. Затем что-то дрогнуло, и мы услышали стук, будто огромный зверь когтями стучит по полу. Все смолкло. А потом раздался короткий рык, визг, всхлип – и хрустнули чьи-то кости.

Вик подошел к двери и толкнул ее. Я не успела испугаться, как перед нами показался длинный, как кишка чудовища, коридор. Свет преобразовался в тусклое марево, от ламп на стены падали причудливые многоногие тени. Я готова была поклясться: коридор стал живым продолжением Иктоми, ее нутром, и ступить туда я была не готова. Но Вик решил все за нас обоих и двинулся вперед. Его отражение промелькнуло в старом зеркале. Я хорошо видела, что лицо его окрашено дымом и черной краской, как в тот день, когда он танцевал с Вороном. Но когда я моргнула, видение пропало.

Мы прошли мимо ванной комнаты. Дверь туда, прежде запертая, теперь была открыта настежь, и у зашторенной душевой, накрытые простынями, стояли три безмолвные тени. Они наблюдали за нами, они повернули головы вслед.

— Не смотри,– тихо сказал Вик и повел меня дальше, крепко взяв за руку.