Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 17 – Натали Бескрылая

— А что Кезран?

Я посмотрела на флакон в кармане халата.

— Кезран знает, куда бьёт. Нельзя месяцами случайно подбирать составы так, чтобы каждый раз страдали именно почки, кожа и кровь, — в медицине это перестаёт быть совпадением довольно быстро.

— В этом дворце многое живёт дольше, чем должно, Анна.

Анна. Просто имя, без должности впереди. Я отметила это машинально — как отмечают новый симптом, про который пока непонятно, к добру он или к худу.

— Я заметила. Особенно плохие диагнозы. И, кажется, начинаю понимать, кому они выгодны.

Иртан медленно повернулся ко мне.

— Кому же?

— Тому, кто выигрывает, если вы окажетесь слишком больны, чтобы править, но успеете оставить после себя жену с правами. Больной император, вовремя женившийся, удобнее здорового — для тех, кто потом будет править от его имени.

Он смотрел на меня долго и тяжело.

— Дом тер-Кассан, — произнёс он наконец, глухо и буднично. — Эльвира — лицо, её дядя-канцлер — рука. Вирлан очень торопит этот брак. Теперь ты понимаешь, почему «огненную немочь» так удобно лечить, не вылечивая.

Вот и сложилась ещё одна часть схемы. Невеста в винном платье, смотревшая на меня как на ошибку, перестала быть просто оскорблённой женщиной у трона — она оказалась частью лечения, которое убивало.

— Понимаю, — сказала я. — Очень удобная болезнь: пациент медленно слабеет, свадьба приближается, а виноват во всём — несуществующий «род». И тронуть Кезрана нельзя, потому что за его спиной стоит будущая родня.

В комнате стало тише, даже свечи будто перестали потрескивать.

— Что тебе ещё нужно? — спросил он, и это был правильный вопрос пациента, который наконец понял, что разговор про «снимайте пояс» был самой маленькой частью унижения.

— Чистая вода, без кубков Кезрана. Доступ к списку всех, кто касается вашей пищи и белья. И место для образцов, чтобы они не исчезали.

— Образцы? — не понял он.

— Вода, остатки бальзама, при необходимости — моча. Не делайте такое лицо, Ваше Величество: диагностика редко бывает эстетичной.

Он на секунду закрыл глаза.

— Ты невозможна.

— Я просто талантливый лекарь, то есть по-вашему — Свидетель. И делаю свою работу.

Взгляд, которым он на меня посмотрел, был новым: тяжелее, внимательнее, опаснее.

— Получишь своё укромное место, — сказал он и через секунду поправился: — Но не здесь.

— Почему?

Иртан посмотрел на ящик, потом на рисунок, потом снова на меня.

— Потому что здесь слишком много того, что не должно попасть к Кезрану.

Вопросов я задавать не стала. Рисунок с коротким «Тай» так и остался лежать в углу — чужой личной вещью, к которой прикасаться без прямого позволения хозяина было просто опасно, да я и не хотела лезть в тайны, которые меня не касались. Я лишь взяла флакон с бальзамом и спрятала его глубже в карман.

— Тогда найдите мне место, куда не ходят люди Кезрана.

— Оружейная?

— Подходит.

— Ты хочешь устроить медицинский кабинет в оружейной? — Иртан приподнял бровь.

— Я хочу устроить медицинский кабинет там, где его не станут искать.

— Хорошо. Дам распоряжение, и вечером Гелвин тебя проведёт.

— И ещё одно: до моего анализа — никаких притирок, солей, настоев, кубков и старинных рецептов Дома Холлис.

— Хорошо, и это выполню, — слегка обречённо вздохнул чешуйчатый владыка.

— Проверим, когда Кезран принесёт следующее «укрепляющее».