Книга Триада, страница 153 – Ульяна Муратова

Шура сидела рядом и слушала с интересом. Я вспомнила воинственную атеистку, что пришла в этот мир, и мысленно улыбнулась. Огневичка вообще изменилась. Не представляю, чтобы раньше она смогла так долго сидеть, держа мнение при себе.

Невообразимо странное интервью. Слепая старуха в качестве приглашённого эксперта по демографии и божественным промыслам в гостях у интервьюера-убийцы в доме, принадлежащем убитому. Сумасшедший мир, сумасшедшая жизнь, сумасшедшие мы.

Я задавала вопросы и записывала ответы. Матушка Куона делилась своим прошлым охотно, а когда настало время прощаться, обняла меня крепко-крепко и сказала:

— Более уж не свидимся, но прими благодарность мою от всех бедняков на земле минхской. Вот, это тебе на память.

Она вложила мне в руку искусно сделанный костяной браслет, улыбнулась сухими морщинистыми губами и поцеловала в лоб.

— Прощай, Вероника.

Когда они ушли, я посмотрела на молчавшую брюнетку.

— Что? Очевидно, что наши боги магию в нашем мире благополучно провтыкали. В это я всегда готова поверить, — пожала она плечами.

Когда мы втроём вернулись в камеру, Алёнушка уже выглядела вполне бодро и сидела, держа Хварида за руку. Увидев нас, целительница мгновенно покраснела и руку выдернула, а Хварид лишь хитро усмехнулся в бороду.

— Я не успел вам сказать: Дома согласились, что совещание по отмене фидий необходимо. Завтра рано утром Ирихан объявит о нём народу. Заседать начнут завтра же. Не знаю, до чего они договорятся, но начало положено. Если Фарай не явится до начала совещания, то решение будут принимать без него. Я, пожалуй, вернусь к отцу, а потом сменю тебя, Рах.

Он ласково улыбнулся своей паре на прощание и ушёл.

— Нам нужно сделать срочный выпуск! — воскликнула я. — Если заметка о совещании в «Минхатепской правде» появится раньше, чем об этом объявят официально, то это придаст веса изданию.

— А Крыломах не разозлится? — скептически спросила Шура.

— А разве он запрещал обнародовать эту информацию? И потом, мы всегда можем сказать, что действовали в интересах Домов — морально подготовили людей к важной новости! — горячо заговорила я. — У нас есть интервью с матушкой Куоной, ещё пара историй. За работу!

Никто спорить не стал, дело пошло споро. Каждый уже хорошо знал свои задачи. Я переписывала начисто свои заметки, Шура размечала страницы.

— Уложимся в четыре?

Брюнетка подняла на меня карие глаза, с каждым днём становившиеся всё более ореховыми. В них словно поселился желтоватый огонёк.

— Да!

Когда мы закончили, я поднялась из-за стола, чтобы немного размяться. Критически осмотрела третий выпуск с крупным заголовком «Срочная новость» на первой полосе и осталась довольна. Маленькие разомкнутые кандалы нарисовала Шура. Они, конечно, получились не так хорошо, как у Хварида, но тут символизм был важнее исполнения.

— Что-то ещё добавим? — деловито спросила огневичка.

Я хотела было ответить, но удивлённо замерла.

С руки скользнула моя змейка и поползла в сторону выхода. Без труда просочилась сквозь решетку и поползла дальше. Остановилась у пустой камеры, поднялась до замка́, пошерудила в нём кончиком металлического хвоста, и решётчатая дверь с лязгом открылась нараспашку.

Драхир поднялся и встал рядом со мной, показывая не мешать.

Мы вчетвером удивлённо наблюдали, как своевольная змейка заползла на стену возле дальней камеры и притаилась, слившись с трещинами в тёмно-серых камнях.