Книга Оладушки от Ладушки, страница 64 – Ева Финова

— Благодарен, хозяюшка.

— Идём, вредина мелкая, — увещевала Ефросинья кикимору. — Большее, что мы можем сделать, это не мешать.

— Угу…

Нечисть тотчас покинула подвал, а Мельхиора прошла к рыцарю и протянула ему простыню, стараясь не глазеть. Заметив её поведение, Валтор улыбнулся, поднимаясь на ноги. В следующий миг молодая ведьма тотчас очутилась в его объятьях и, судя по реакции, не была против такого.

Однако долгожданный поцелуй так и не случился. Всхлипнув вначале, Хира дала волю слезам. Разревелась навзрыд, будто плотину прорвало — не остановить. Опешив от такой реакции, Валтор однако, быстро нашёлся и погладил страдалицу по спине, поняв, что не он стал причиной девичьих слёз, но в его силах принести утешение.

— Всё хорошо будет, — прошептал он, нежно погладив Мельхиору по волосам. — Вот увидеть.

Всхлипывая, ведьма его поправила непроизвольно:

— Увидишь.

— Вижу, — кивнул рыцарь. — Если позволишь, простыню возьму.

Владелица трактира разжала пальцы и её кавалер тотчас накинул ткань на плечи, словно укутал их обоих.

— Как же я устала.

Веселье показалось во взгляде Валтора, едва Мельхиора посмотрела ему прямо в глаза.

— Мы это исправить.

Кивнув, она позволила поцеловать себя, но в этот раз не мимоходом, как случилось некогда на лестнице, а нежно и так трепетно, приятно маняще сладко. И лишь чужое ворчание заставило её нехотя прийти в себя.

— Как видишь, здесь нам не рады, — услышала она певучий голос эльфа, рядом с которым на лестнице в подвал стоял злой дроу, поигрывая желваками на скулах. — Идём.

— Прокляну, — услышала она ворчание матушки сверху, — если не оставишь нас в покое точно прокляну! Подумать только, сорвал турнир, подвязал князя, застращал дочь, чтобы оказаться тут как тут, спасителем. Тьфу!

— Дорогая…

Большего Хира не услышала, так как вновь оказалась в плену страстного поцелуя, и мир словно перестал для неё существовать вовсе.

Год спустя

Вынужденно пересмотрев свои жизненные приоритеты, один всесильный и ужасный дознаватель был вынужден признать, что он стал бесхребетным жалким и совсем не вызывающим и толики страха, дедом. Ведь его дочь к настоящему моменту уже успела родить славного мальчугана, оставшись жить среди славичей с неким рыцарем Валтором Светлоликим.

Мнение самого Крэйна на сей счёт никто, конечно же не спрашивал, но он и не был против подобного стечения обстоятельств, так или иначе придя ко мнению, что жизнь расставила всё по своим местам, как бы он ни старался ею управлять.

Три месяца у него ушло на то, чтобы вымолить прощение у настырной, но такой любимой женщины, хоть и отчасти ведьмы. Однако сцена их примирения того стоила.

Довольная улыбка показывалась на его устах каждый раз, когда он вспоминал о приятных моментах совместной жизни. Душевный трепет заставлял сердце в его груди биться чаще, когда их взгляды встречались. Как произошло и сейчас.

— Смею объявить вам прежний состав участников! — кричал оратор арены, извещая о начале (а если быть точнее о продолжении) магического турнира.

— Когда уже это всё закончится? — проворчала Сребрена.

— Ты сама захотела заверить начатое, — пожал плечами дроу по имени Крэйн. — Если хочешь, я могу опять выкинуть какой-нибудь фортель.

— Или финт, — хмыкнула ведьма, припоминая старые перепалки нечисти, устраиваемые в трактире. — Хочу к доченьке, понянчить лялю.