Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 266 – Сандра Барро

Они успели приехать буквально накануне вечером, прямо к ужину. Моя подруга держала за руку девочку с белоснежными волосами, которая с порога непосредственно заявила, что я очень красивая и она рада, что теперь у неё будет тётя. Приглядевшись, я потрясённо уловила в малышке черты Вальмонтов. На мой вопросительный взгляд Татьяна лишь кивнула. А позже, когда все разошлись отдыхать перед торжественным событием, подруга поведала мне происхождение Серафимы. Рассказала, кто именно был её матерью и отцом, и как они с мужем делают всё, чтобы стать ей настоящей семьёй, помочь необычной девочке научиться сдерживать свой дар. Глядя, как малышка с обожанием смотрит на своих родителей, у меня язык бы не повернулся назвать её чужим ребёнком.

Мы многое рассказали друг другу в тот вечер. Немного поплакали — ну как же без этого, обнялись и разошлись по комнатам. А сейчас Танюшка ободряюще подмигнула мне, лучась радостью, и я сделала то же самое в ответ. Разве могли подумать обыкновенные девчонки из двадцать первого века, стоя когда-то в церкви Священного синода и давая клятву защищать Империю, что мы с моей современницей и подругой станем родственницами и войдём в семью Северских?

Рядом с ними перешёптывались Арсений Соколов и Оленька. Мой командир смотрел на девушку с такой нежностью, что сомнений не оставалось: скоро нас ждёт ещё одно торжество. А позади них Григорий Захарович, не скрываясь, держал под руку Элеонору Констанцию, всем своим видом демонстрируя непоколебимую уверенность в будущем.

И уж чего я совсем не ожидала, так это увидеть свою группу жандармов. Они тихо вошли в церковь и встали у стены, стараясь не привлекать к себе внимания. Заметив мой взгляд, ребята принялись украдкой показывать мне одобрительные знаки. Я едва заметно помахала им в ответ. На душе вдруг стало необыкновенно тепло. Мне было невероятно приятно, что они пришли разделить со мной этот день и поздравить со счастливыми переменами.

Чуть поодаль, у самой колонны, я заметила Константина Петровича Победоносцева. В своём строгом, застёгнутом на все пуговицы мундире, с тонким профилем и проницательным взглядом из-под очков, он казался воплощением самого закона. Его Высокопревосходительство сохранял непроницаемое выражение лица, но даже сквозь эту официальную строгость проступала глубокая, почти отеческая удовлетворённость. Для него мы были не просто подчинёнными, а теми, кто сохранил равновесие этого мира.

Но в эту минуту мне до щемящей тоски не хватало одного человека. Моего названого брата. Сейчас Жаргал, должно быть, принимал свой законный титул, становясь во главе своего могучего степного народа. Как же сильно мне хотелось, чтобы он стоял здесь, в храме, рядом с нами! Его непоколебимое спокойствие всегда поддерживало меня в самые трудные минуты. Но оставалось лишь греть себя надеждой на нашу скорую встречу.

Я мельком взглянула на Машу. Она тоже как-то притихла, призадумалась — очевидно, её посещали те же мысли. Глядя на простую деревенскую девчушку, мою верную, преданную Маняшу, которую мы с бурятом когда-то вырвали из лап неминуемой смерти, от всей души желала лишь одного: пусть её жизнь сложится достойно и счастливо. Заслужила.

— Полина, — хрипловатый от волнения голос Александра заставил меня вздрогнуть и вернуться в реальность.