Книга Янтарь и Лазурит, страница 45 – Чайный Лис

— Оя-оя, – с веселостью в голосе среагировал генерал Ю. – Нельзя так говорить про короля, принцесса Юнха, иначе последует наказание.

Однако его слова не убедили нуну.

— Чихала я на ваши правила и наказания, у меня другие планы на жизнь.

Сюаньму не заметил, как все произошло. Вот генерал Ю стоял на пороге дома со скрещенными на груди руками, а в следующий миг с самодовольной улыбкой уже наклонялся к лицу нуны. Та пискнула и спряталась за спиной монаха, цепляясь за его темно-синий халат обеими руками и упираясь носом в его плечо. Взгляды Сюаньму и генерала пересеклись. В насыщенных золотисто-янтарных глазах – почти такого же цвета, как у нуны, только чуть светлее, – отчетливо читалось недовольство, однако затем на его лице проявилась улыбка.

— Какие же планы у принцессы? – поинтересовался он, прекрасно владея собой.

— Не ваше дело, генерал Ю.

Нуна перестала прятаться за спиной монаха, теперь уже решительно схватила его за локоть и потащила прочь. Сюаньму позволил сдвинуть себя с места, их тут же окружили четыре стражника, однако не попытались остановить, а лишь последовали за ними вместе с евнухом и служанкой.

Сюаньму не понимал, почему нуна так холодно относилась к знаменитому генералу, которым восхищались жители Сонбака, но при этом очень тепло общалась с каким-то незнакомым монахом из другой страны.

Не успел небольшой отряд уйти, как генерал снова обратился к нуне:

— А что мне делать с вашим подарочком, принцесса Юнха?

В его руке оказался небольшой, крепко завязанный мешочек, который он придерживал двумя пальцами и помахивал из стороны в сторону.

Сюаньму знал, что это.

Более того, именно он этим утром поймал назойливых хицубокуси-но-муси в лавке свитков и чернил и отправил хозяина, друга нуны, с благовониями к водоему для их изгнания. Эти насекомые-яогуаи любили заглядывать к монахам в библиотеки и поедать ценные старинные трактаты, питались также и чернилами, выгрызали волоски из кистей. Но даже так шифу предпочитал изгонять вредителей, а не убивать, хотя те сгорали от пламени талисманов, поэтому рассказал своим ученикам о специальных благовониях. Если оставить хицубокуси-но-муси у водоема, то насекомые потеряют след и не скоро прилетят вновь.

А теперь по неведомым причинам мешочек оказался в руках генерала Ю, который только сегодня вернулся в Сонбак.

Сюаньму ничуть не злился на друга нуны: он привык, что далеко не все люди прислушивались к его советам и повторно выпускали нечисть на волю. Но все равно испытал легкое разочарование и ощущение привычного, что опять придется потрудиться.

— Лучше отдайте… – вмешался Сюаньму, желая забрать мешочек и избавить генерала от проблем, однако тот чуть свел брови и уставился на него.

— Попрошу уважаемого монаха не вмешиваться в наши с принцессой дела.

Сюаньму, которому общение и так давалось с большим трудом, захлопнул рот, но обиды по-прежнему не затаил. Он, простой монах из Цзяожи, не мог ни на что претендовать.

Однако принцесса Сонгусыля считала иначе. Она отпустила его руку и, громко топая, сердито подошла к генералу, словно собиралась бросить ему вызов.

— Немедленно извинись, Ю Сынвон, и не смей так общаться с моим другом.

По спине Сюаньму пробежал холодок, хотя этими словами вообще-то защищали его.