Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 81 – Елена Княжина

— У всего есть цена, юная леди, — задумчиво прокряхтел морф и вытащил из-под стойки серебряный поднос. Звякнул им у меня перед носом. — И я сообщу ее вам сразу, как только увижу драгоценности.

В серебряном подносе отразились мои перепуганные глаза — две дымно-серые лужицы — и обкусанная нижняя губа. Только теперь я заметила, как трясусь. Как нездорово выгляжу.

Первый шаг к самостоятельности давался трудно. Как стать независимой, сильной, если вздрагиваешь от каждого шороха и шарахаешься от каждой тени? Даже в снах?!

Но это мое наследство, законное. Тетя Мэл не ошиблась, детские вещи стоят немало… Нам с капелькой понадобится каждый таврос, что изволит выплатить банк.

Я выкладывала на поднос драгоценности одну за другой. Глаза морфа все округлялись и округлялись, пока не заняли половину мохнатой морды.

— Вы желаете заложить все?

— Нет. Это семейные реликвии, — я отрицательно мотнула головой. — Я желала бы их сохранить… если получится… А вот это я готова предложить банку.

Поверх фамильных бриллиантов я выложила синий футляр и раскрыла перед служащим. Морф восторженно присвистнул, разглядывая сапфировое колье Раскова.

Совесть не мучила. Алекс месяцами пил и мою кровь, заставляя выплачивать дань за двоих. Доводил меня до обмороков, заставил лучшую подругу за мной шпионить… А что жених вытворял с Монис на супружеской постели!

Его невесте полагается небольшая моральная компенсация.

Или большая… Правда, к чему мелочиться? Грызунки для первых клычков — лишь вершина той кучи товаров, что мне понадобятся.

— И вот это еще, — вслед за колье я достала свадебную «удавку» и серьги-капельки.

— Превосходные изделия. Вы правы, им нет цены… пока. Наш гоблин-оценщик управится за полчаса, — морф кивнул на зеленого коллегу за стойкой. — После экспертизы средства появятся на именном счету. Вы можете подождать в холле, под люстрами справа есть диванчики для дам.

Оценщик подошел к нам, выставил вперед ладони в мягких перчатках, и на них тут же возникла широкая подушка из бирюзового бархата.

— Прошу сюда, — гоблин обошел стойку и чинно кивнул на подстилку. Без табурета он доставал мне до пояса. — И вашу палочку. Оформление независимого счета, оценка изделий и зачисление средств займет не больше двадцати минут.

Я уложила колье, кулон и серьги на подушечку, а в специальное продолговатое углубление сбоку всунула именной жезл. Отвесив уважительный поклон, оценщик удалился за ширму.

— Желаете провести магическую экспертизу остальных изделий? — напомнил о себе морф. — Перед отправкой в хранилище я могу сделать заявку. Тогда вы узнаете, на какую сумму сможете рассчитывать в будущем. Думаю, она будет очень велика.

— Благодарю. Пока не нужно оценки, — улыбнулась морфу максимально учтиво. — Просто сделайте опись и положите в хранилище.

Отец не учил меня осторожному обращению с деньгами. Ни к чему «ценному вложению» разбираться в ценных вложениях. Однако быть дочерью банкира — это что-то да значит.

В мешочке были не все драгоценности, присланные матерью. Половина осталась в чемодане под продавленной кроватью имения Освортов. Все-таки класть все яйца в одно гнездо… Тут даже хмурый Арри меня бы отговорил.

В последний момент из кучки сокровищ я выудила помолвочное кольцо и сунула в нагрудный кармашек. Закладывать колючий талисман — слишком низко, а хранить рядом с фамильными реликвиями — неприятно… Нужно вернуть его Раскову и навсегда оборвать черную нить.