Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 166 – Елена Княжина

— Н-нет… Видимо, местная чернота посчитала меня слабой.

— Вы очень сильная, Вероника. Думаю, дело в половинной крови, — с готовностью объяснил Расков. — Дхар развращает только чистые капли. А внутри вас живет вампирское дитя.

— Значит, вы первый, чью каплю он развратит, — с горечью хмыкнула я, искоса поглядывая на голубоглазого принца.

Я отлично помнила, что Университет сделал с отцом. Граф Ланге и раньше не отличался добропорядочностью, но «сердце» уничтожило остатки ориентиров… А мой брат? Я с Эмиля лоскутами соскребала налипшую тьму, пока не показался просвет!

— Половинная кровь всегда во мне, — напомнил Алекс и постучал пальцем по уголку губ. — Это мое лекарство от безумия. Полукровкам там вполне безопасно. Все-таки жаль, что я лишился своей пророчицы…

— Она никогда не была вашей. Только на бумагах, — процедила я.

— Не нравятся мои идеи? — он искристо улыбнулся, завораживая в моменте.

— Мне не нравятся ваши методы. Всякое зло начинает с малого… и вырастает большим. Мир видел это не раз, — прошептала я, прикрывая веки. — Что вы намерены делать с сердцем? А с телом отца? Для чего это все?

— Столько лет сердце хранилось в недрах Университета и развращало умы. Плело козни, взывало к величию, лишало рассудка, — ответил Александр. — Уникальный артефакт. Интересно, что будет, если соединить его с кровью эльфийки, пером грифона, каплей вампирской жидкости и… чем-нибудь бессмертным. Или кем-нибудь. Может, еще шерстью единорога присыпать…

— Спятили?

Не с Блэром же он думает соединить черное сердце? Алекс не выглядел безумцем… Впрочем, я слышала, они неплохо притворяются адекватными. Что, если кровь Монис помогает ему куда меньше, чем всем кажется?

Как минимум, эта теория объясняла манию величия и стремление изменить мир.

— Я очень опасен, Вероника, — рассмеялся Расков под моим напряженным взглядом. — Но не для вас. Не для князя, не для его академии и не для полукровок. Такова сделка. Каждый выбрал сторону и свой путь к сохранению магии этого мира… Светлый и темный. Посмотрим, кому в итоге достанется магия, да? Возможно, вы выбрали не ту сторону, леди Честер. И не того мужчину.

У каждого свой путь… Да, верно.

У нас с Эриком — свой.

А «Братья Солины», «Сыны» и прочие ее фальшивые родственники сошли с дистанции. И слава Судьбе.

— Я честен. Прямолинеен. Искренен в своих устремлениях, — давил Расков, заталкивая меня взглядом в еловую гущу. — Или вы предпочитаете мягкое безболезненное внушение? Скажем, «Иммору»?

Губы мои напряженно поджались, перед глазами заискрило… Наверняка Эрик уже вернулся в домик-шляпу и не нашел там своей ягодки.

— Ох, поверьте, господин Валенвайд тоже честен и прямолинеен в своих желаниях… Временами даже излишне.

И пора нам съезжать из имения Освортов, пока нас действительно не покусали за нарушение покоя.

— Просто ваше личное клыкастое зло вам ближе. И куда смотрела нянюшка Тайна? Древний вампир — неподходящая компания для хрупкой леди, — участливо вздыхал парень. — Он ведом инстинктами, яростен, эмоционален и совсем не думает о будущем. Не видит последствий своих поступков.

— Мне достаточно того, что он видит меня.

Алекс протянул руку и схватил за запястье. Аккуратно, но холодок от пальцев пробежал вверх и спрятался под рукавом.