Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 104 – Ангелина Сантос

Контур принял его пламя.

Большой колокол ударил.

Правое ухо пронзило боль. Левое, едва начавшее слышать, снова исчезло. На серебряных трубках проступили чёрные ветви.

Наследники выгнулись в креслах. У тех, кто стоял, почернели метки под одеждой. Облегчение пришло только когда они повернулись к выбранным храмом партнёрам. Формула работала именно так, как сказала Селина.

Рейнар закрыл корзину своим телом. На его руках появилась чешуя.

— Не меняйте форму! — крикнула я.

Не знала, слышит ли он сквозь звон.

Я опустилась на пол и приложила пальцы к серебряной линии. Вибрация шла не сверху. Колокол только распространял тон. Управляющий импульс поднимался снизу, из-под центрального помоста.

В схеме Сая была чаша. На деле под ней находился отдельный управляющий узел, скрытый под камнем.

— Под помостом! — крикнула я Арлену. — Главная пластина под Дареном!

Северин услышал.

Он поднял руку для второго удара.

Чёрные ветви поползли к корзине ребёнка Кассен.

Арлен первым нашёл технический люк.

Он находился за креслом председателя и открывался храмовым ключом. Томас выбил замок рукоятью меча. Под помост вела узкая каменная лестница.

— Я с вами, — сказала я.

— Вы едва слышите, — возразил Арлен.

— Поэтому знаю направление вибрации. Несса, пластину и образец Селины. Томас, нужны инструменты, чтобы снять обсидиан.

Рейнар поднялся у корзины.

— Я несу ребёнка.

— Останьтесь у стены.

— Ветви идут к нему. Внизу экран может гасить чистый ритм Кассен. Он нужен вам как сравнение.

— Форму не менять.

— Не буду, пока есть другой способ.

Это не обещание не менять. Только порядок выбора.

Селина спустилась с нами. Стражница поддерживала её под локоть.

— Вам безопаснее наверху, — сказала Несса.

— Моя кровь в контуре. Мой отказ должен быть на пластине.

Под помостом находилась круглая камера. Серебряные трубки сходились к столу, закрытому чёрными пластинами. За рычагами стоял Сай Марен. Я узнала его по архивному портрету: узкое лицо, белая прядь у виска. Он постарел, но был жив.

Рядом двое храмовых техников удерживали центральное колесо.

— Не приближаться, — сказал Сай. — Разрыв контура во время работы остановит сердца наследников.

— Ложь? — спросил Томас у Нессы.

— Резкий разрыв может усилить боль. Не обязательно остановит сердца. Сначала снизить опорный огонь.

Наверху Дарен ревел в серебряных захватах. Второй удар ещё не произошёл, но бронза гудела от первого.

Томас приказал техникам отойти. Один подчинился. Второй выхватил нож. Стражница Селины ударила его дубинкой по запястью. Сай дёрнул рычаг.

Чёрные линии на столе стали толще.

Селина вскрикнула и схватилась за метку.

— Я отзываю согласие! — сказала она. — На связь, колокол, кровь и опорный огонь. На всё.

Несса положила её ладонь на чистую свидетельную пластину. Не привязала нитью — только собрала каплю крови из уже открывшейся метки.

— Разрешаете использовать одну каплю для официальной демонстрации состава? — спросила она.

— Разрешаю. Только для демонстрации и лечения.

Арлен записал слова и время.

Сай усмехнулся.

— Она дала согласие три месяца назад.

— Согласие отозвано, — сказал Арлен. — По закону вы обязаны остановить процедуру.

— Закон не понимает сердечного огня.

— Зато понимает слово «нет».

Томас перевернул стол. Под ним обнаружилась железная рама. Четыре обсидиановые пластины закрывали серебряный центр, оставляя узкие каналы для запаздывающего импульса.