Книга Ничего мне не обещай, страница 174 – Меган Брэнди

— Ну, раньше я только надеялся, мечтал, что однажды ты действительно станешь моей, но теперь я знаю, что так и будет. Может быть, не завтра или послезавтра, но однажды.

Стараясь не расплакаться, я прижимаюсь губами к его запястью как раз в тот момент, когда у него за спиной звонит телефон.

— Это он, – произносит Мейсон, переворачиваясь на другой бок, берет телефон и, нахмурившись, смотрит на экран. – Он идет из общежития Ари.

Я приподнимаюсь, беру свитер, который он протягивает мне, и надеваю его, одновременно натягивая спортивные штаны.

— Мне следовало встать пораньше, чтобы Дитону не пришлось сразу садиться в автокресло после пробуждения, – шепчу я.

— Он не спит уже чуть больше часа, – говорит Мейсон, пожимая плечами. – Я хотел немного поиграть с ним, прежде чем тебе нужно будет уходить, – добавляет он.

Мое сердце наполняется теплом, и я киваю.

— Сколько он съел?

— Чуть больше половины, но я пока не давал ему бутылочку. Подумал, что, возможно, это поможет ему снова заснуть в дороге.

— Это идеально, – говорю я.

Мейсон отворачивается.

— Я… эм… пристегну его ремнями безопасности и отнесу манеж на крыльцо, – предлагает он.

— Хорошо, – шепчу я и с каждым шагом напоминаю себе, что это правильно. Мне нужно это сделать.

Выполняя утренние дела, я стараюсь не думать ни о чем. Я концентрируюсь на зубной щетке и наслаждаюсь мятным вкусом зубной пасты. Когда я провожу расческой по своим волосам, которые после кос выглядят как безумные локоны, я замечаю волосинки на расческе. Я считаю секунды, которые уходят на то, чтобы надеть носки и ботинки.

Когда я захожу в гостиную, Мейсон, сидя на полу перед автомобильным креслом, играет в прятки с Дитоном. Грусть, которую я ожидала, не приходит. Вместо неё меня охватывает чувство благодарности.

Мы молча выходим на улицу. Только когда мы оказываемся на крыльце, а весь дом спит этим ранним воскресным утром, Мейсон позволяет мне взять из его рук автокресло.

Я не хочу, чтобы он провожал нас до машины. Это будет казаться слишком… окончательным.

— Ты все еще можешь передумать, знаешь ли. Я не расстроюсь, – говорю я.

— О, нет? – пытается подшутить он.

Я качаю головой.

— Ты красивый парень и ты в колледже.

— Не забудь про роль квотербека, – шепчет он.

Я тихо смеюсь, и мы смотрим друг на друга долгим тяжелым взглядом.

— Ты напишешь мне, когда вернешься домой? – спрашивает он, и я ненавижу нерешительность в его тоне, но понимаю ее.

— Я напишу, – выдыхаю я.

— И мы увидимся, когда я приеду в Оушенсайд на следующей неделе?

— Конечно, – отвечаю я.

Наконец Мейсон вздыхает. Когда он делает шаг вперед, его правая рука нежно касается кудряшек Дитона, а левая обхватывает мою шею. Мейсон прижимает мой лоб к своему.

— Я люблю тебя, Прелесть, – шепчет он.

Весь воздух со свистом покидает мои легкие.

— Я буду вечно ждать шанса, что ты полюбишь меня в ответ, – продолжает он, и прежде чем я успеваю заглянуть в его большие карие глаза, Мейсон отстраняется, отворачиваясь. Я застываю на крыльце, наблюдая, как он уходит.

Я не могу пошевелиться.

Я едва могу дышать.

Я слегка спотыкаюсь, опуская автокресло на землю и протягивая руку, чтобы ухватиться за что-нибудь.

Мои легкие словно охвачены пламенем, а горло сжимается. Я пытаюсь вдохнуть, но воздух не попадает в легкие.