Книга Сто ярдов между нами, страница 53 – Джени Рин

Только сегодня, перед тем как отправиться в долгую поездку, Дэмиан написал мне сухое: «Выходи». И я вышла, еще до рассвета, чтобы никто не видел нас вместе. Был выходной, студенческий городок спал, пока мы незаметно проезжали по пустынным улицам.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в нежно-розовые и оранжевые оттенки. Эти краски отражались в стеклах зданий, мелькавших за окном. Я чувствовала себя беглой преступницей, хотя и не совершила ничего противозаконного. Просто я знала, что совместная поездка вызовет ненужные вопросы, особенно у членов наших команд.

Дэмиан не произнес ни слова с тех пор, как мы выехали за территорию университета. Он выглядел сосредоточенным и немного мрачным. Я не знала, о чем он думал, и боялась нарушить эту тишину. В голове крутились обрывки нашей последней встречи в библиотеке. Мне хотелось плакать, но нужно было держаться. Как мы вообще оказались в такой ситуации?Вопрос пульсировал в висках, не давая покоя.

Что я о нем знала?

Он играл в футбол. Встречался с девушкой, которую, по всей видимости, не любил. Был до чертиков умным. Скрывал травму. В детстве боялся темноты. Банальные факты. Никакой конкретики.

Еще недавно я считала его высокомерным болваном.

Эта мысль вспыхнула и погасла, оставив на языке горький привкус. Высокомерный болван – это образ. Картинка, которую я сама себе нарисовала. Удобная, простая, понятная. А настоящий Дэмиан Грин… каким он был на самом деле? В редкие минуты, когда замолкал и смотрел куда-то вдаль? Когда защищал меня от Сидни? Когда не отшатнулся после рассказа о моем прошлом?

Я не знала, какой у него любимый цвет. Какую музыку он слушал, какие книги читал. Что чувствовал, когда впервые вышел на поле. О чем думал, когда не мог уснуть.

Я перебирала в памяти каждую нашу встречу, разговор, случайную фразу, брошенную в библиотеке или на стадионе. И с ужасом понимала: мы не сказали друг другу ничего важного. Ничего такого, что объясняло бы, почему сейчас, в этой машине, я чувствовала себя так, будто теряла опору. Может, из-за того, что выпалила в порыве эмоций? Раскрыла себя, хотя не хотела этого?

— Ты замерзла? – спросил Дэмиан, отвлекая меня от размышлений.

— Нет.

— Выключить кондиционер?

— Не надо.

Пауза. Снова тишина. Такая плотная – хоть ножом режь.

— Дэмиан, – позвала я тихо.

— М?

— Какой у тебя любимый фильм?

Он повернул голову, удивленно вскинул бровь.

— Серьезно? Сейчас?

— Просто ответь.

Он помолчал, обдумывая.

— «Зеленая миля». Знаю, многие любят его за душещипательность, но меня цепляет другое.

— Что именно?

— Несправедливость. То, как люди судят по внешнему виду, по цвету кожи, по тому, что снаружи. А он просто другой. Не плохой – другой. И за это его наказывают. Все, как в реальной жизни.

— С тобой такое случалось? Несправедливость? – осторожно спросила я.

— Если бы ты тогда дала мне вставить хоть слово, то уже знала бы ответ. Каждый видит то, что хочет. В этом мы с тобой солидарны. Капитан команды, богатый мальчик, которому все достается просто так. А я… – Дэмиан замолчал, подбирая слова. – Я просто хочу играть в футбол. Не для великой славы, а просто потому, что мне это нравится. А у тебя?

— «Побег из Шоушенка».

— Тоже классика.

— Даже в самой безнадежной ситуации можно выжить, если есть ради чего.