Книга Нулевой токсин, страница 109 – Мария Эмви

Эти слова должны были ударить Элизабет в самое сердце. Сфорца специально подбирал выражения так, чтобы надавить на все ее старые комплексы, неуверенность в себе и разницу в их социальном статусе. Вчера девушка, возможно, засомневалась бы и покорно опустила глаза. Но сегодня она лишь тихо рассмеялась, и ее смех, звонкий и свободный, отразился от стеклянного купола. Сфорца осекся, его улыбка тут же померкла.

— Директор, вы действительно так ничего и не поняли, — Элизабет с жалостью посмотрела на Сфорцу. — Вы так долго изучали графики кортизола и дофамина, что забыли, как выглядят настоящие люди. Мой брат в безопасности. И я вместе с ним. Потому что, в отличие от вас, Залман не боится эмоций, он умеет их защищать.

Вейн, стоящий позади Сфорцы, скрипнул зубами.

— Хватит эти сопли разматывать, Альдо! — прохрипел старший физиолог, держась за горло. — Она конченая, ты же видишь. Они оба конченые! Взломали нейро-хаб, но они не смогли взломать физические замки на главном шлюзе. Так что, детки в клетке.

Вейн сделал знак санитарам, и пятеро охранников синхронно шагнули вперед, поднимая парализаторы на уровень груди. Наконечники оружия угрожающе затрещали синими электрическими дугами.

— На колени, Левин! — рявкнул командир отряда. — Руки за голову! Одно резкое движение, и мы поджарим твою нервную систему до хрустящей корочки!

Элизабет инстинктивно вжалась в бок Залмана, но тот даже не шелохнулся. Он медленно, с ленивым кошачьим изяществом засунул свободную от руки Элизабет ладонь в карман своих спортивных штанов.

— Ах, вы как всегда слишком много говорите, доктор Вейн. Это очень утомляет. И это же мешает вам мыслить стратегически.

Взгляд мужчины перескочил на Альдо Сфорцу, который все еще стоял с высоко поднятой головой, уверенный в своей силе.

— Вы считаете себя великим архитектором, мистер Сфорца, — продолжил Залман, каждый его шаг вперед заставлял санитаров нервно переступать с ноги на ногу. — Думаете, что построили неприступную крепость. Но ваша крепость — это карточный домик, стоящий на лжи, шантаже и химическом насилии.

— Ваша бравада неуместна, — процедил директор, хотя в его глазах уже заплясала тень беспокойства. — Вы взломали трансляцию трекеров и отключили подачу седативных. Да, вы подкинули мне немало проблем, придется потратить миллионы, чтобы замять этот бунт, выплатить компенсации и перепрошить систему. Но я это сделаю, не переживайте. А вот вы двое сгниете в тюрьме за промышленный саботаж и кражу коммерческой тайны.

— О, вы не поняли, — Залман чуть склонил голову, его губы изогнулись в улыбке. — Я не крал коммерческую тайну, мистер Сфорца. Я всего лишь скопировал вашу смертную казнь.

Мужчина вытащил руку из кармана. Его пальцы сжались в кулак, скрывая что-то маленькое и незаметное, но сам жест заставил санитаров нервно вскинуть парализаторы, целясь ему в грудь. Альдо Сфорца нахмурился. Уверенность стремительно сползала с его холеного лица, обнажая напряженные скулы.

— Смертную казнь? О чем вы бредите, мистер Левин? Ваш поврежденный мозг генерирует галлюцинации после протокола трехфазного детокса.

— Вы забываетесь, — голос Залмана прозвучал тихо, но в нем было больше угрозы, чем в треске пяти электрошокеров. — Мой мозг не был поврежден вашей химией. Потому что в лаборатории медикаментов, куда вы закрыли мне доступ, у меня была Королева, которая заменила ваш яд на обычный физраствор. Я не спал в изоляторе, а симулировал. И пока доктор Вейн любовался зелеными линиями на мониторах, считая, что стирает мою личность, я через ваш собственный нейро-шлем, подключенный к центральному хабу, скачивал не просто систему управления трекерами «Нейро-Синтеза».