Книга Генеральный папа, страница 85 – Алёна Амурская, Ника Лето

Статус? Или... подкуп? Плата за поцелуй? Компенсация за то, что он позволил себе вчера лишнего?

Внутри всё сжимается от этой мысли.

— Но это слишком дорого... — пытаюсь возразить я.

— Это не обсуждается, Анна, — отрезает он. — Ты моя невеста. Ты носишь то, что я считаю нужным.

Юля радостно прыгает вокруг пакетов.

— Папа заботится о тебе! — визжит она. — Папа заботится о своей невесте!

Я беру один из пакетов, достаю шёлковое платье. Нежно-голубое, струящееся, невероятно красивое. Провожу пальцами по ткани. А потом мой взгляд натыкается на купальник. Я знаю, что в доме Зарубина есть бассейн. Но я как-то не думала туда ходить. Я всё время с Юлей.

Беру в руки купальник. Открытый, чёрный. Но всё равно не могу представить себя в нём.

— Кстати, — говорит Зарубин, подходя ближе. Он оказывается почти у меня за спиной, и по телу невольно пробегает дрожь. — На выходные мы едем за город.

Я поворачиваюсь к нему. Юлька уже встаёт в мои новые туфли и пытается ходить по залу. Смешная такая. Вот только мне не до смеха. У меня внутри всё сжимается, переворачивается. И когда я вижу его губы перед глазами, мне совсем плохо становится.

Его запах, его близость сводят меня с ума. Хочется шагнуть ближе, хочется снова ощутить себя беспомощной в его руках, быть полностью в его власти. Но я, естественно, стою на месте.

Только лихорадочно соображаю, что он мне говорит.

— Куда? — выдыхаю я, пытаясь выйти из ступора.

— В загородный дом. Встреча с моими друзьями, — поясняет он. — Там будет неформальная обстановка. Купальник тебе пригодится.

— Друзьями? — переспрашиваю я, не веря своим ушам. — У вас есть друзья?

Он едва заметно усмехается.

— Есть пара человек, которым я доверяю. Они хотят познакомиться с моей невестой.

— Но... — я запинаюсь. — Я же не настоящая...

— Для них — настоящая, — перебивает он. — Ты должна быть, как моя невеста. Держаться за руку, улыбаться, выглядеть счастливой. Это важно.

— Хорошо, — киваю я, опуская глаза. — Я постараюсь.

— Ты не должна стараться, Аня, — говорит он и заправляет прядь моих волос за ухо. От этого прикосновения по коже танцуют волнующие мурашки. — Ты должна просто быть собой. Этого достаточно.

Огни вечерней столицы давно сменились глухим подмосковным лесом, вековыми соснами и загородным шоссе, уходящим куда-то в темноту.

Я то и дело кошусь на суровый, словно высеченный из цельного куска гранита профиль Зарубина, который уверенно держит руль одной ладонью. Его длинные пальцы расслаблены, но я-то слишком хорошо знаю, какая сила скрывается за этой показной безмятежностью. Мои губы до сих пор покалывает обжигающим напоминанием о недавнем безумии в «Метрополе», а в ушах всё ещё эхом стоит его откровенное признание.

Юля, убаюканная мерным движением, сладко сопит в своём вип-кресле на задней сидушке, обнимая плюшевого единорога.

Что удивительно, сегодня она вела себя на удивление спокойно во время сборов. Своим маленьким детским умишком она переварила известие о том, что я теперь официальная невеста её отца, и её отношение к моим гипотетическим отлучкам кардинально переменилось. Малышка где-то в мультиках уже видела эту схему: папе и маме нужно почаще быть вместе, у них свои взрослые дела, свидания и секреты. И теперь, если я нахожусь рядом с Зарубиным, Юля готова отпускать меня гораздо охотнее. Раз с папой — значит, всё правильно, значит, так надо. Девочка искренне поверила, что мы строим наше общее «навсегда», и от этого осознания мне становится одновременно тепло и невыносимо жутко. Я ведь фактически соучастница грандиозного обмана...