Книга Генеральный папа, страница 84 – Алёна Амурская, Ника Лето

Зарубин уже там. Я вижу его, а сердце подпрыгивает в груди, потом падает в желудок и начинает там истерично биться. Задыхаюсь, краснею, потею и пытаюсь уговорить себя реагировать на него спокойнее. Но куда там. Ничего не выходит.

А зато босс сидит за столом, пьёт кофе, читает новости в планшете с совершенно невозмутимым видом. Выглядит естественно, совершенно обычно. Увидев нас, он откладывает планшет и кивает.

— Доброе утро.

— Доброе утро, папа, — выдаёт Юля.

Она подбегает к нему и, впервые сама, без моих подсказок, тянет ручки.

Я замираю в шоке. Зарубин тоже на мгновение застывает от неожиданности. Смотрит на дочь, потом поднимает на меня взгляд, и я киваю.

Он осторожно берёт её на руки, и Юля обнимает его за шею, прижимаясь щекой к его щеке.

У меня от этой картины сердце ещё больше разрывается на части. Она назвала его «папа» и забралась добровольно к нему на руки. Это больше чем прогресс, это глобальный прорыв.

— Папа, — говорит Юленька снова. — А Аня теперь наша? Невеста — это наша, да?

— Да, — он смотрит на меня поверх её головы. — Аня теперь наша.

Я краснею и опускаю глаза в пол. И сознание услужливо подбрасывает, как он вчера мне доказывал активно, что я его. Если бы мимо не проходили официантки, я даже представить себе не могу, чем бы всё закончилось. Точнее могу. Но я ведь не стала бы прямо там?.. Я вообще не думала, что между нами будет такое.

Ох. Краснеть дальше некуда, но я, кажется, пятнами иду до самых пяток.

Юля громко смеётся. Прижимается сильнее к отцу, а он гладит её по кудряшками. А затем она сползает с его рук, подбегает ко мне и обнимает меня за ноги.

— Ты теперь наша, Аня! Навсегда!

Я смотрю на Зарубина. Но на его лице всё та же непроницаемая маска. Как будто вчера ничего не было. Как будто он не целовал меня в тёмном коридоре. И я не знаю, как это расценивать.

Значит, то был просто сиюминутный порыв?

— Садитесь завтракать, — говорит он, возвращаясь к планшету. — Через час курьер привезёт кое-что.

Курьер приезжает даже быстрее. Минут через сорок. Он заносит в дом огромную кипу пакетов. Больших и маленьких. Зарубин стоит рядом, смотрит, но не трогает. Мы с Юлей с интересом поглядываем на это всё.

— Аня, это тебе, — коротко бросает босс, поворачиваясь ко мне.

Я смотрю на эти брендовые пакеты, не понимая, что происходит.

— Что это?

— Открой.

Юля уже залезает носом в один из пакетов.

— Ой! Красиво! — восторженно ахает девочка.

Я подхожу ближе, тоже заглядываю внутрь. И у меня челюсть падает на пол. Там одежда. Точнее там очень много одежды. Я смотрю пакет за пакетом. Там платья, блузки, юбки. Перевожу взгляд дальше. Коробки с обувью.

И ещё несколько пакетов с коробками поменьше. Я открываю одну и вижу часы. Изящные, с бриллиантами на циферблате. Наверняка, они стоят целое состояние. Но это не может быть мне. Зачем?

Дрожащими пальцами поднимаю крышечку другой коробки, и моё сердце ускоряет свой бег. Там украшения. Серьги с изумрудами, тонкая цепочка, браслет. Что-то невозможно красивое и стильное.

Да у меня в жизни ничего подобного не было. Только серёжки золотые. Обычные гвоздики. А здесь столько всего!

— Максим Эдуардович... — шепчу я в шоке и поднимаю на него глаза. — Это...

— Это тебе, — повторяет он спокойно и, мне кажется, будто он внимательно отслеживает мою реакцию. — Нужно одеваться соответственно статусу. Моя невеста не может ходить в том, что Рита купила на скорую руку.