Книга Генеральный папа, страница 18 – Алёна Амурская, Ника Лето

Господи, это же надо было так вляпаться!

Я ведь просто спустилась пересчитать брендированные блокноты... а теперь сижу в святая святых корпорации «ГлобалМаксСтрой», прячу от генерального его же собственную дочь и понятия не имею, чего ждать после того, что эта девочка устроила при отце. Вдруг Зарубин на меня разозлился?

Зинаида Петровна, моя непосредственная начальница, наверное, уже рвет и мечет. Инвентаризация сорвана, меня нет на рабочем месте уже больше часа. За такое вообще-то пишут докладную! А с докладной — прямая дорога на увольнение с волчьим билетом.

Я прикрываю глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от беспокойства за собственное будущее.

У нас ипотека. У папы на стройке вечные задержки с премиями, он там здоровье гробит на холоде, а мама в школе за копейки нервы свои треплет. Мне нельзя потерять эту работу. Просто нельзя. Нужно как-то аккуратно передать девочку этому ледяному терминатору, извиниться за беспокойство и бежать вниз, пока меня не растерли в порошок.

Тихий щелчок дверного замка звучит в этой идеальной тишине оглушительно, словно выстрел.

Вздрогнув, я инстинктивно вжимаюсь спиной в основание кожаного дивана. Юля мгновенно бросает ложку, и баночка с йогуртом чудом не летит на ковер. Еле успеваю перехватить ее в воздухе. Девочка сдавленно пищит и снова, как маленький напуганный зверек, зарывается лицом мне в шею, обхватывая меня обеими руками и ногами.

Дверь, замаскированная под деревянную панель, бесшумно отъезжает в сторону, и на пороге появляется Зарубин.

Он снял пиджак и галстук, верхние пуговицы его белоснежной рубашки расстегнуты, но менее пугающим он от этого не стал. Скорее наоборот, теперь он похож не на закованного в броню бизнесмена, а на хищника, который специально сбросил с себя всё лишнее перед броском.

Но добивает меня не он, а женщина, которая семенит следом за ним.

Маргарита Павловна, директор по персоналу всея корпорации. Железная леди с идеальным каре, которая одним презрительным вздергиванием брови заставляет рыдать топ-менеджеров. Когда я устраивалась на работу, она даже не удостоила меня взглядом, просто брезгливо перелистнула мое резюме и кивнула помощнице — мол, оформляй эту серую мышь на побегушки.

Сейчас Маргарита Павловна заметно нервничает. На лбу блестит испарина, дорогие очки съехали на кончик носа, а руки, сжимающие тонкую кожаную папку, нервно перебирают края торчащих оттуда бумаг. Она выглядит так, будто Зарубин только что пообещал скормить ее крокодилам, если она не выполнит его приказ за три секунды.

— Документы на стол, — коротко бросает генеральный.

Маргарита Павловна вздрагивает, быстро обходит Зарубина и, стараясь не стучать каблуками, подходит к низкому стеклянному столику, за которым сидим мы с Юлей. Она кладет папку на прозрачную поверхность. Я жду, что она посмотрит на меня так же пренебрежительно, как и в тот раз, — мол, что ты тут забыла, убогая? Но она не смотрит и сразу пятится обратно к двери, словно я — радиоактивная.

— Свободны, — так же ровно роняет Зарубин.

Директор по персоналу тут же исчезает за панелью со скоростью света.

Зарубин медленно засовывает руки в карманы темно-серых брюк и делает шаг ко мне. Я вжимаю голову в плечи, а Юля на моей груди начинает мелко дрожать.