Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 33 – Роберт Кеппел

На снимках со стены над кроватью Линды были видны фотографии – некоторые перекосились, другие исчезли. Может, их сдвинули, а может, они упали во время нападения. Мы решили проверить их на отпечатки. На фото пола видно не было, но позже выяснилось, что в комнате лежал ковер – идеальный накопитель микроволокон и волос.

Когда мы нашли этот ковер у отца бывшей соседки Линды (она одалживала его подруге и забрала после ее смерти), выяснилось, что он сохранился нетронутым. Кей Суини определила, какая часть ковра лежала под кроватью Хили, и нашла несколько светло-каштановых волос, не принадлежащих ни Линде, ни ее друзьям. Мы ждали возможности сравнить их с образцами вероятного подозреваемого – наконец-то появился шанс доказать, что в комнате Линды побывал ее убийца.

Другая соседка уточнила, что у Линды не было менструации в момент нападения – важная деталь, ведь следователи первого расследования посчитали кровь на постели менструальной. Из этого сделали нелепый вывод: если у Хили были месячные, убийца, мол, не стал бы вступать с ней в контакт. Это ложное предположение, да и само по себе оно не оправдывало бездействие полиции.

Позже та же соседка дала ценное показание, когда Теда Банди публично объявили «тем самым Тедом»: какое-то время она жила вместе с кузиной Банди, которая дружила с Линдой. Так обнаружилась связь между ними – возможно, не случайная. Это значило, что убийство Хили могло быть не нападением незнакомца, а преднамеренным преступлением.

Друзья Линды тоже согласились сотрудничать. Полиция Сиэтла почти не расспрашивала их, и теперь они охотно делились воспоминаниями. Найти бывших студентов оказалось непросто: прошло больше года, многие разъехались. Тем не менее всех удалось исключить – алиби подтверждались.

Мы опросили преподавателей: в некоторых группах насчитывалось по 400 студентов. Мы запросили университетские архивы, получили академическую справку Хили и составили списки студентов со всех ее курсов. То же сделали и для других пропавших девушек, а затем занесли все данные в компьютер округа – чтобы сузить круг подозреваемых.

Именно эти списки впервые позволили установить косвенную связь между Хили и Тедом Банди: их имена фигурировали рядом в трех учебных списках, два из которых относились к самостоятельным группам одного преподавателя. Так близко и все же так далеко. Тогда мы не заметили совпадения: Банди был лишь одним из тысяч имен в файлах.

Позже я встретился с родителями Линды. Они были насторожены: не понимали, почему дело дочери вдруг возобновили. Когда мы объяснили, что расследование передано нам, потому что ее останки найдены в округе Кинг, они стали откровеннее. Мы сказали, что начинаем все с нуля, как если бы преступление произошло вчера.

Хили разрешили мне изучить ее личные вещи из комнаты общежития. Я сверял фотографии над кроватью с полицейскими снимками и воссоздал на стене ту же композицию, что была в ночь убийства. Фотографии, найденные на полу, проверили на отпечатки – безрезультатно. Мы изучили записи Линды, отмечая даты и места, где она бывала. Так, банковские выписки показали: в день исчезновения она обналичила чек на продукты в магазине «Сейфуэй» в университетском районе. Гораздо позже мы узнали, что в тот же день и в том же магазине чек обналичил и Банди.