Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 152 – Роберт Кеппел

Он давал понять: его секрет настолько глубоко укоренился, что любое признание возможно только постепенно – от наименее болезненного к самому постыдному. Он сделал меня своим духовником еще в первый день, скрывая это под видом обсуждений дела Убийцы с Грин-Ривер.

Он учил меня не говорить «я понимаю», пока сам не объяснит, что значит понимать его. Все это время я собирал факты, чтобы понять Ривермена, а через него – и Теда. Это был непрерывный процесс, который не прекратился даже после его казни. Тед заставлял меня следовать его советам, сохранять сдержанность и терпение. А мое терпение подвергалось испытанию его двусмысленными намеками и лекциями об Убийце с Грин-Ривер. Возможно, он уже убедил себя, что я буду готов, когда придет время. Возможно, это всегда было частью его стратегии.

Я не знал, что в феврале 1988 года он решил признаться – примерно за год до смерти. Если бы адвокат не отговорил, он начал бы рассказывать все. Я долго не понимал, почему он внезапно перенес дату моего визита тогда. Теперь знаю: он советовался с адвокатами, которые считали признание опасным для апелляций. В 1988 году он решил не говорить.

Этапы апелляций полностью определяли, насколько откровенен он мог быть. В феврале 1988-го казнь снова отсрочили; до следующего этапа оставалось меньше года. Его советники, по-видимому, решили, что признания о новых убийствах ухудшат его положение. В конце наших бесед в 1988 году я сказал, что приеду, когда он будет готов.

К сожалению, Тед ждал слишком долго. Мой следующий визит был назначен за четыре дня до его казни в январе 1989 года. Условия для интервью были ужасными: цирковая атмосфера, журналисты всех возможных СМИ у ворот тюрьмы. Моей задачей стало участие в его «допросе», который оказался совсем не тем, чего я ожидал. Тед снова пытался манипулировать мной и всеми вокруг – теперь в последней, беспорядочной попытке спасти свою жизнь.

Тед Банди, хоть и не поймал Убийцу с Грин-Ривер, все же косвенно повлиял на поимку одного из самых жестоких серийных убийц штата Вашингтон – уже после своей смерти. Произошло это благодаря его совету создать компьютерную систему отслеживания насильственных преступлений. В ФБР эту идею воплотили в виде программы VICAP в Куантико.

Однако в Вашингтоне мы пошли своим путем. Опыт работы с Банди подтолкнул нас к созданию собственной системы, которая позволила выявлять закономерности в делах об убийствах. Именно она впоследствии помогла раскрыть дело Джорджа Рассела – частично благодаря комментариям Банди, сделанным за годы до этого. Как и во многих моих расследованиях, все началось с телефонного звонка.

Через два месяца после моего ухода из оперативной группы по делу Грин-Ривер мне позвонил Терри Грин из VICAP и пригласил в Куантико обсудить сокращение гигантской анкеты, которую программа использовала для регистрации убийств. Я удивился приглашению: считал, что из-за моих дебатов с руководством VICAP (я был против размещения программы внутри ФБР) мне там будут не рады. Но, как выяснилось, мои рекомендации по сбору данных все же ценили: треть базы VICAP за первые полгода состояла из дел штата Вашингтон, которые я сам подготовил и отправил.

Первая форма VICAP содержала 68 страниц. В ней было буквально все – от профиля жертвы до анкет водителей автобусов, проходивших мимо. Следователи отказывались ее заполнять: у них не было ни времени, ни желания.