Онлайн книга «Восхождение»
|
Поэтому мне так тяжело далось расставание… Меня вновь усадили на стул лицом к мониторам, словно готовили к интервью. Страж замер рядом, и я вдруг забыл обо всех своих аргументах. Не представлял, захочет ли Наоко вновь меня увидеть. Но, так или иначе, она выжила в таинственном испытании, которое свело с ума Джона, и при этой мысли во мне зародилась непоколебимая уверенность. Какой бы ни была упомянутая Стражем экспедиция, я знал, почему должен посетить объект: мне следовало разгадать загадку и найти решение, а потом выбросить все из головы и двигаться дальше. Боялся – если не последую этому плану, вольфрамовый сейф в мозгу откроется, его зловещее содержимое извергнется и испортит жизнь, которую я сам для себя создал. Я просто не имел права отступить. Откашлявшись, я собрался с духом. — В середине восьмидесятых мне довелось работать с исследователем Уильямом Кондоном. – Люди на мониторах заметно напряглись. – Вы его знали? Очаровательный человек, выдающийся нейробиолог. Нас наняли изучить природу странной череды убийств на Балканах. Местная полиция зашла в тупик, Интерпол тоже был сбит с толку. Меня пригласили в группу, поскольку точки, где произошли убийства, образовывали на карте необычные геометрические фигуры – убийца словно закодировал какое-то сообщение. Итак, полиции потребовался ученый, способный разобраться в подтексте послания. Порекомендовали меня. Увы, серия убийств получила широкую огласку, и в итоге на копов свалилось около сорока чистосердечных признаний. Каждый из признавшихся привел неопровержимые доказательства собственной виновности. Тридцать девять из них, разумеется, солгали. Возможно, что и все сорок. Из данных криминологической экспертизы следовало: во всех случаях действовал один и тот же человек. Как тут докопаться до истины? Несколько человек на мониторах невольно наклонились к своим экранам, а один что-то записал на клочке бумаги. — Как я уже упоминал вчера, случай Джона – сложная задача, тем более учитывая предсказание собственной смерти. Есть логичное, хотя и не слишком правдоподобное объяснение: он играл со мной, надеясь, что события будут развиваться именно так, как в итоге и случилось. Однако зачем он это делал, по-прежнему остается загадкой. Тем не менее имелась вторая, еще менее правдоподобная версия, которую мне следовало исключить. Пара человек на экране одобрительно кивнули. — Кондон на Балканах научил меня обращать самое пристальное внимание на так называемые микровыражения лица, зависящие от непроизвольных импульсов в миндалевидном теле мозга. Этот феномен был открыт Хаггардом и Исааком за несколько лет до нашей миссии, однако в криминалистике никогда не использовался. Исследование показывает: невзирая на способность человека лгать и выдумывать, на замедленной до предела записи мы можем увидеть мимолетное отражение настоящих эмоций. Эти вспышки длятся буквально доли секунды и в обычных условиях неразличимы, однако человеческий мозг контролировать их не умеет. Неважно, собираетесь ли вы солгать, сыграть или иным способом скрыть свои мысли. Микровыражения вас выдадут. Улыбнувшись, я продолжил: — Цицерон когда-то сказал: лицо – зеркало души. Интересно, понимал ли он, насколько попал в точку? Я изучил микровыражения лица Джона на предоставленной мне записи. Они проявлялись, хоть я и боялся, что ничего не обнаружу – настолько Джон был бесстрастен. Он вел себя, словно запрограммированный робот, и все же я заметил мгновенные отголоски подлинной эмоции. Джон испытывал отвращение, когда на него кричали. Я видел в его лице презрение и грусть. Даже… проблеск радости, когда он увидел меня. |