Книга Узы Геркулеса, страница 41 – Жасмин Мас

Ахиллес изучал мое лицо.

Часть меня уже разваливалась на куски, моя душа трещала по швам от мысли, что кто-то попытается разрушить то, что у нас было.

В его глазах горел огонь – обещание, что с нами все будет хорошо.

Татуированные пальцы замелькали в заполненном паром воздухе.

Я вздрогнул.

Выведенные им слова повисли между нами, огненные и слегка безумные.

— Ради тебя, моя любовь, она будет нашей.

Алексис: 0 дней до первой охоты на Титанов

Лунный свет отражался от спокойной поверхности озера и проникал через окна виллы.

Я осторожно закрыла за собой дверь спальни. Никс храпела у меня на талии.

Неделя пролетела незаметно. Все время мы провели в тренировочном зале за симуляцией, но мне едва ли удалось повысить меткость.

Сегодня будет наше первое сражение с Титанами.

В другой ситуации меня бы уже одолела депрессия, но из-за того, что этим летом мне предстояло сражение насмерть на СГС, я ровным счетом ничего не чувствовала.

Пушистик-младший сидел у моих ног, а у него на шее, держась маленькими черными пальцами за его уши, словно за вожжи, примостился Поко.

Подождите, разве он не должен быть с Августом?

Пожав плечами, я двинулась через роскошный зал к атриуму, где мы договорились встретиться. Предрассветные часы заполнились ожиданием.

Бдыщ.

Дым взвился вокруг невысокой одетой в зеленую тогу фигуры с длинными вьющимися светлыми волосами. Она вздохнула с облегчением, и ее плечи расслабились.

— Я так рада, что застала тебя, дочь моя, – сказала Персефона, подходя ко мне со спящим на плече драконом.

Пушистик-младший завилял хвостом, а Поко приветливо застрекотал.

— Здравствуй, м-мама. – Слово казалось таким незнакомым и чуждым.

Что она здесь делает?

Персефона ждала, широко раскрыв объятия. Ее глаза блестели от слез.

— Я не хотела обременять тебя… нашим наследием, – прошептала она. – Федерация не хочет, чтобы ты знала правду, но я понимаю, что груз уже лежит на твоих плечах.

Я шагнула в ее объятия, и меня окутало теплом. Она крепко обняла меня и погладила по спине. Стало так хорошо.

Ее дракон шевельнулся, и кожистое крыло ткнулось мне в щеку.

Дар Персефоны был живым, колючим, и сама она пахла влажной землей с легкими призвуками голода.

Я глубоко вдохнула.

— В тебе течет кровь Дома Аида и Дома Деметры, – сказала она мне в локоны. – Ты знаешь, что это значит?

Я попыталась ответить, но слова не шли в голову.

— Это значит, что ты моя дочь и наша сила… уникальна.

— Из-за моего деда – Иасиона? – прошептала я имя печально известного темного существа, которое было ее отцом.

Она обняла меня еще крепче и кивнула.

Никс проворчала, что еще чуть-чуть – и ее задавят насмерть.

— Именно поэтому Деметра отреклась от меня, – тихо сказала она. – Поэтому Федерация изгнала меня, и поэтому Аид был вынужден меня приютить. Спарте гораздо больше нравятся люди, которые умещаются в четкие рамки.

Она присвоила себе землю Крита. Сам остров откликнулся на ее зов.

Персефона отстранилась и посмотрела на меня, в ее глазах мелькнул лукавый огонек.

— Запомни… – Она наклонилась ближе, будто делилась со мной секретом. – Незначительным даром овладеть гораздо легче. Только если его трудно взять под контроль, можно рассчитывать на что-то действительно стоящее.

Она подмигнула, затем вздохнула и посмотрела на часы.