Книга Узы Геркулеса, страница 168 – Жасмин Мас

Может, мы все-таки сможем воспитать из него Хтоника.

Зевс жестом махнул Дрексу, приказывая идти вперед и последовал за ним прочь с арены.

Все встали, чтобы уйти.

Пока все покидали нашу секцию, я крепко обнял Елену.

И беззвучно сказал Чарли, стоящему за ее спиной:

— Советую тебе спать на полу.

Он энергично кивнул, словно намек на непристойное поведение его шокировал.

На сердце сразу стало спокойнее, и я с неохотой выпустил Елену.

Я бы никогда не признал этого вслух, но я был благодарен Чарли за то, что он за ней присматривал. Он хороший парень.

Дети не должны через такое проходить.

Алексис прижалась ко мне, и мы вместе пошли на симпозиум.

Они заслуживали гораздо большего.

Дрекс пришел на несколько минут позже нас и в общем выглядел невредимым. Из-под его тоги виднелись бинты. Очевидно, ему только что оказали медицинскую помощь, а затем отпустили.

— Дрекс! – заметив его, крикнула Алексис, отпустила мою руку и побежала к нему.

Мальчик улыбнулся ей, и они разговорились немного в стороне.

Харон двинулся было за ней, но я его остановил.

— Он просто ее друг, – спокойным тоном напомнил я ему (и себе).

— Я его чертовски ненавижу.

— Я знаю.

В ту ночь в постели мы трое не разговаривали, зажав Алексис в объятьях.

Невысказанная мысль повисла между нами.

Завтра день сражения Харона.

СГС, день 11

Это был еще один яркий летний день в Колизее.

Слава Кроносу.

Зевс не мог угрожать Харону своим скипетром во время боя. Хоть какая-то радость.

Я крепко спал, прижимая Алексис к своей груди. Посреди ночи я вырвал ее из рук Харона и утащил к себе.

Ничего лучше я в жизни не делал.

Проснуться рядом с ее сонной мордашкой было сродни пробуждению во время прекрасного заката: великолепно, тепло, идеально.

Даже в эту минуту золотые локоны обрамляли ее лицо пушистым ореолом. Она плотнее прижалась к Чарли. Оба сидели в ряду передо мной.

Angela Romae.

Я потер ноющую грудь.

Мне хотелось обнимать ее так же сильно, как дышать.

Моя женщина.

Хранительница моей души.

Моя любовь к ней была жадной – новой вариацией безумия.

Я пытался думать о чем угодно, только не о поглотивших меня свирепых эмоциях.

Ахиллес заерзал на месте от дискомфорта в нескольких рядах от меня. Его лоб и скулы пестрели синяками, кожа вздулась и приобрела зеленоватый оттенок.

Патро рядом с ним сидел так прямо, словно палку проглотил, перерезанное сухожилие все еще было перемотано бинтами. Лодыжка Ахиллеса тоже была перевязана.

Их обоих изуродовали.

Противоречивые чувства бурлили в моей груди: в данный момент я недолюбливал Багровый дуэт, но они все еще оставались под моей опекой. Как и я, Ахиллес был жертвой Дома Ареса. Дом Ужасов – так мы его называли. Я отвечал за них. И они были моими сводными братьями.

Меня грызло чувство вины.

Дальше сидели Герм с Агатой, тоже все в синяках.

Я подвел их всех.

Дрекс передо мной хмыкнул и толкнул Алексис локтем в бок, пытаясь привлечь ее внимание, но она продолжала жестикулировать и шептаться с Чарли.

Дрекс снова ее толкнул.

Я глубоко вздохнул.

Со вчерашнего дня он намертво прицепился к моей жене и официально действовал мне на нервы.

От ревности страдал не только Харон.

Дрекс локтем коснулся ее руки, и Алексис повернулась к нему с лучезарной улыбкой. Они смеялись вместе над понятной только им шуткой.