Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 120 – Дада Смехова

— Нет… — сквозь кашель попыталась выдавить я, отчаянно упираясь руками в его плечи и пытаясь отстраниться и уложить его на кровать, чтобы вернуть всё назад.

Шенли смотрел на меня с мягкой, едва заметной улыбкой, терпеливо ожидая, пока ко мне вернётся дар речи.

— Подожди… — я опять зашлась в кашле. — Сейчас… сейчас пройдет. Не останавливайся!

Я сердито прикрыла свой рот рукой, надеясь, что это поможет унять спазм, но становилось только хуже. Казалось, чем больше я пытаюсь говорить и вернуть романтику, тем сильнее дерёт в горле.

— Да что ж такое-то! — возбуждение никуда не делось, но теперь оно стремительно перерастало в дикую, глухую злость на собственный организм.

Не желая сдаваться, я резко прогнулась вбок, прямо с его колен дотянулась до прикроватного столика и цапнула чашу с недопитым успокаивающим чаем. Плевать на вкус! Зажмурившись, я принялась жадно, залпом глотать эту несладкую бурду, молясь всем богам этого мира, чтобы она убрала этот чёртов кашель.

Шенли ещё сильнее притянул меня к себе и тихо хмыкнул мне куда-то в волосы, кажется, из последних сил пытаясь сдержать смех.

Вот вообще-то было ни разу не смешно! Мне было дико, просто до слёз обидно. Такой момент испортить! Я замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям и пытаясь понять: прошёл этот дурацкий приступ или нет? Кажется, в горле наконец перестало першить, а дыхание выровнялось.

Почувствовав уверенность в своих силах, я чуть отодвинула Шенли от себя на расстояние вытянутых рук и радостно ему сообщила: — Уже всё прошло!

Он смотрел на меня, всё ещё отчаянно борясь со смешливой улыбкой. Затем принц медленно, аккуратно забрал чашу из моих рук, наклонился вбок и поставил её обратно на прикроватный столик. Его неторопливость давала мне твёрдую, железобетонную надежду на то, что мы всё-таки продолжим с того самого интересного места, на котором нас так бесцеремонно прервали.

Упускать инициативу во второй раз я не планировала. Воодушевившись, я смелее обняла его за широкие плечи и чуть наклонилась вперёд, заодно поудобнее устраиваясь у него на коленях.

Шенли не стал отстраняться. Он мягко протянул руку и бережно заправил выбившийся локон мне за ушко, очертив пальцами контур лица. Я довольно улыбнулась, мысленно потирая руки. Раунд номер два?

— Тебе пока нельзя утомляться, — тоном занудной училки, медленно и раздельно проговорил этот невыносимый принц, продолжая меня рассматривать. — Ты ещё не до конца оправилась.

Что?! Какое «утомляться»? Какое «не до конца»?! Да во мне сейчас энергии столько, что я могу этот дворец по кирпичикам разобрать и заново сложить!

— Кажется, я уже совершенно здорова, — я игриво наклонилась к нему и горячо прошептала прямо на ушко: — Ты — моё лучшее лекарство.

Его рука, лежавшая на моей спине, мгновенно замерла. Почувствовав свою безоговорочную победу, я улыбнулась ещё шире и, придвинувшись вплотную, добавила самым вкрадчивым шёпотом, на какой только была способна: — Господин лекарь, продолжим лечение?

И, закрепив эффект, легко поцеловала его в это самое, слегка оттопыренное ушко.

Я слегка прикусила его за мочку уха и замерла, затаив дыхание. Ну же, Ваше Высочество, покажи класс. Шенли отреагировал мгновенно: его ладони собственнически переместились на мою талию и требовательно сжали её. Обхватив меня за спину, он начал медленно, отклонять меня назад, укладывая на кровать.