Книга Холодное пламя, страница 43 – Мари Милас

Спина больше не болит так сильно, как в первый день, но она все равно дает о себе знать каждый вечер после насыщенных рабочих дней. Меня это настораживает и пугает, потому что сейчас не время и не место выходить из строя.

* * *

— Один и два, три и четыре, пять и шесть, семь и восемь! – Хлопок, – Один и два, три и четыре, пять и шесть, семь и восемь! Опаздываешь!  – Хлопок. – Один и два, три и четыре… закончили.

Я останавливаюсь, наклоняюсь и упираюсь ладонями в бедра. Сегодня явно не мой день. У меня ужасная одышка, ноги не слушаются, сердце грохочет в груди так, что хочется его вырвать и бросить в самый дальний угол зала. Еще ни одна тренировка с Ричардом не прошла отлично. Я так хочу произвести хорошее впечатление, что волнуюсь до белых точек перед глазами и потеющих ладоней.

«Ты не обязана ему нравится, Лили», – повторяю снова и снова, но все равно хочу быть… особенной? Боже, я не знаю. Просто хочу, чтобы он не разочаровался и не отказался от меня.

Мия решила остаться и понаблюдать за нашей тренировкой. Это тоже давит на меня. Я не хочу, чтобы моя новая подруга подумала, что я неудачница.

— Послушай, Лили, – начинает Ричард и подходит ко мне. – Во-первых, возьми вот это. – Он протягивает мне новые резиновые наконечники для туфель.

— Ты не забыл, – шепотом вырывается из меня.

— Конечно, я же пообещал.

Я киваю, потому что не могу больше ничего сказать. У меня сжимается горло и начинает покалывать в носу.

О нет… мы не будем плакать, Лили Маршалл. Это просто наконечники.

Мия, видимо, обладает каким-то шестым чувством или же просто отлично считывает мои эмоции, потому что не проходит и минуты, как она оказывается рядом с бутылкой воды.

— Во-вторых, – продолжает Ричард. – Ты идешь на физиопроцедуры, а еще мы будем заниматься лечебной физкультурой каждое утро. Твоя спина не в порядке. Тебе нужна помощь, – пылко ругается он, не давая мне вставить и слова. – У нас есть два месяца перед чемпионатом. Ты талантлива, схватываешь на лету, у тебя отличная техника, поэтому мы можем пожертвовать несколькими неделями, чтобы ты восстановилась.

Я открываю рот, хватая им воздух, а потом закрываю. Мысли беспорядочно мечутся в голове, пока Мия ласково поглаживает меня по спине. Никто никогда не прикасался ко мне вот так. Никто никогда не заботился о моей спине. Никто никогда не хотел заниматься со мной лечебной физкультурой каждое утро.

Это все слишком.

Это давит на мое глупое сердце.

— Спасибо, – чуть ли не задыхаюсь я, из последних сил сдерживая предательские слезы. – Но… мне нужно работать. Я обещала тебе.

Ричард сжимает мою трясущуюся руку. Хотя я даже не ощущала до этого момента дрожь.

— Все хорошо, Лили. Твое здоровье важнее.

— Ричард прав. Мир не остановится, если ты подумаешь о себе, а не о других. – Поддерживает Мия, все еще успокаивая меня своими прикосновениями.

Я киваю, не отрывая взгляда от наших с Ричардом рук. Одинаковый цвет кожи, одинаковая форма ногтей. Слегка кривые указательные пальцы.

В детстве мне сказали, что это из-за того, что у меня было сломана рука и несколько пальцев из-за моего путешествия в канализации. Может быть, причина этого кривого указательного пальца в другом?

— Давай я возьму всех взрослых, а ты всех детей? Так, я хоть как-то смогу тебе помочь и все же выполнить свою работу.