Книга Громкий шепот, страница 93 – Мари Милас

Когда я увидел дату ее рождения в документах, то поначалу не мог поверить. Ведь именно в этот день мы впервые встретились в детстве. Ее, как и меня, оставили праздновать в одиночестве, откупившись долбаным парком аттракционов.

Валери непринужденно пожимает плечами и сдувает прядь волос с лица.

— Конечно, я в курсе, что ты знаешь. Это же ты. Иногда я думаю, что тебе известны даже даты моего менструального цикла.

Смотрю на часы и проверяю дату.

— Примерно через десять дней, – с умным видом отвечаю я.

Глаза Валери расширяются, и она ударяет меня в плечо.

— Какого черта?

Я перехватывают ее руку и притягиваю к себе.

— Просто предположил. На самом деле я понятия не имею, через сколько. – Я усмехаюсь ей в макушку, но быстро становлюсь серьезным. – Что произошло? Когда я зашел, у тебя был такой вид, словно ты увидела привидение.

— Возможно, так оно и было, – хмурится она. – Я вспомнила. Каждую секунду того дня. Ты был прав, он хотел меня убить. Мне… – Она делает шаг назад и сцепляет руки в замок, пытаясь скрыть накатывающую дрожь. – Мне нужно порисовать и собраться с мыслями.

Валери разворачивается и уходит. Слух улавливает ее быстрые шаги по лестнице, а затем – хлопок двери.

Мне не нужно даже знать подробности того дня, я их понимал и осознавал, сложив все кусочки пазла в одну картину. Единственное, что меня тревожит, – это ее моральное состояние. Но если ей нужно время, то я его дам. Валери не тот человек, который делится своими переживаниями в открытую, она досконально анализирует их внутри себя и только потом рассказывает маленькими намеками. Например, своими рисунками, расцветкой ромашек или вкусом попкорна. Надеюсь, сегодня цветы не будут черными.

Я сбрасываю пиджак, расстегиваю рубашку и снимаю запонки. Мне действительно ужасно жарко. Пальцы тянутся к татуировке на груди и прослеживают каждую линию, скрывающую уродливый шрам.

Брауни не перестает подталкивать меня к выходу, намекая, что его потребности не готовы больше ждать. Я открываю стеклянные двери кухни, выходящие во двор. Прохладный влажный воздух врывается в помещение, обдавая кожу свежестью. Брауни выбегает на улицу, а я следую за ним. Разуваюсь и шагаю по мокрой пожелтевшей траве. Холод пробирается сквозь пылающую кожу, но не тушит вновь разрастающийся внутри гнев.

Чертов Саймон. Еще и Саманту с собой притащил. Ей вообще вход в этот дом должен быть запрещен конституцией. В целом как и брату, но он все еще мой близнец.

Наверное, связь, о которой все твердят и которую я так отчаянно желал почувствовать в детстве, все же существует. Только она, как и преступления, имеет разные аспекты и виды.

Виды преступной связи Саймона со мной – угроза, терроризирование и запугивание. Разжигание розни. Причинение вреда здоровью.

Любой обвиняемый преступник имеет право на защиту. Это моя связь с ним.

Я старался оправдывать его раз за разом. Не отказываться от сложных дел. Смотреть на поступки под разными углами. Но тщетно, потому что все дерьмо мира собралось в нем. Но по какой-то причине я отвечаю на его звонки, пускаю в свой дом, в свою жизнь и не могу отказаться.

Спасибо, мама, удружила. Можно было разъединить нас где-то на пути к матке? Ну или на крайний случай не награждать одинаковой внешностью. Чтобы я мог спокойно смотреть в зеркало и не видеть монстра.